ivanov_petrov: (geo)
Идеи Хейзинги и Пастуро http://ivanov-p.livejournal.com/77791.html можно привести к такому виду.
Обычно мы считаем, что когда-то было рыцарство, было такое явление, форма жизни культуры, а теперь мы играем в рыцарство, подражаем. Написали Айвенго, понравилось, и мы создали множество подражаний, а потом появился Толкин, потои появились ролевики, и игры стали занимать больше времени, стали подробнее.

Но само рыцарство, которое было "настоящим", тоже было игрой, это тоже была ролевка, подражание некой созданной культурной форме. Кретьен де Труа придумал рыцарство, и стало рыцарство - потому что понравилось, появились ролевики, которые стали иногда вести себя как в игре. Потом появился Элиас, который придумал, что процесс цивилизации запускается, если создать искусственнй свод правил, этиет - этикет воспитывает самоограничение, сдержанность, выдержку, отложенные реакции. Естественные действия - это увазил-стрямкал, стало доступным - потребил, рыгнул, заснул. Но с пояалением в поведении большой доли отложенных реакций поведение меняется. Ведь программирование и компьютеры - это лишь вынесенная вовне и отложенная интеллектуальная деятельность программиста, поэтому комьютер может напоминать разумное существо с большой степенью похожести, это лишь совокупность отложенных интеллектуальных реакций. И когда в живое поведение человека зашивается большая доля отложенных интеллектуальных реакций, прежняя простая и гладкая интеллектуальная ткань обзаводится складками и карманами, и там может заводиться некоторая автономная активность.

Сначала творец - скажем, Кретьен - создает интеллектуальную форму, достаточно привлекательную. Потом люди начинают в нее играть, и в результате игры образуется слой рыцарей-игроков в рыцарство, что и составляет "настоящее рыцарство": материализация идеи Кретьена, создание общественного института, форм поведения, идеалов - и одновременно создает в реальном человеческом поведении условия и возможности для осужествления иных форм. Игровая форма встает в круг "необходимых" и "физиологически" оправданных наряду с ними, игра в рыцарей, игра в этикет, или игра в науку и университет создают новые социальные формы, котоыми и живем. То есть "придуманная" социальная форма - скажем, "круглый стол", ценности рыцарства, сначала создает "игровую атмосферу", рыцарский стиль поведения, который включается в некоторых ситуациях, когда это можно. А потом людям начинает нравиться и они стараются изменить жизнь так, чтобы эти ценности моогли найти место в "реальной" жизни.
ivanov_petrov: (geo)
Пришло в голову сравнение, отражающее величайшее достоинство интернета. В доинтернетную эпоху человек жил в таком... колодце. С ним были те, с кем общаешься изо дня в день - родные, знакомые, соседи, сослуживцы и соученики. Они были вокруг, и с ним были книги - по крайней мере могли быть. В книгах открывались тысячелетия мысли, - всё, что могли надумать и намечтать в истории человечества. С поправкой на знание языков и особенности книгоиздания с цензурой. И вот человек видел вокруг своих знакомых, среди них были иногда и люди вполне выдающиеся, и даже великие - по крайней мере многие люди говорят, что среди их знакомых были те, кого они считают великими. Но все же знакомых довольно мало - сотни, не более. Человек мог разговаривать с несколькими сотнями людей, и среди этих сотен были и выдающиеся. А с другой стороны - мысли тех, кто прославлен - не важно, известны имена или нет: собственно, все идеи, с которыми мы как-либо можем иметь дело были высказаны людьми. В прошлом и настоящем. Небеса мировой культуры.

С появлением интернета возникла ситуация, когда общаться и не общаясь видеть рассуждения можно у множества людей - можно прошерстить тысячи имен, разговаривать с выдающимися современниками. Возможностей больше, но при этом - стал виден потолок. Это не колодец, это комната. Раньше было сознание, что с одной стороны ограниченный круг знакомых, а с другой - наверное, в удаленных городах и за границами круга знакомств есть совершенно уж удивительные люди. Теперь с многими этими удаленными людьми можно так или иначе ознакомиться - если и не прямо поспорить, то по крайней мере прочитать их повседневные мысли. С поправкой на язык и еще некоторые не очень существенные ограничения - это множество всех современников, всех миллионов, а не нескольких сотен.

Были в колодце, вокруг немногие знакомые, сверху небо. Теперь в комнате, где потолком - выдающиеся современики, а вне потолка - то самое небо человеческих идей. Раньше было безумием сравнивать пару сотен своих знакомых и достижения человечества. Каждый был в светлом круге, вокруг тьма, а высоко сиют звезды, и до них не добраться, и неизвестно, что за границей светового круга. Теперь - довольно светлая комната, отлично виден потолок. Это важно - теперь можно иметь суждение о том потолке, на котором расположены возможности твоих современиков. Потолок заведомо выше тебя - но все же он сопоставим и виден с деталями.

Это новая возможность. Теперь можно сравнить - вот то, на каком уровне могут говорить и мыслить твои современники, лучшие из них - и вот те горизонты, те небеса, которые и ранее были открыты, и теперь сияют.

По сути, вернулись времена Древней Греции. Тогда Сократа славили как мудрейшего из греков - то есть у кого-то в голове откуда-то бралось знание, что всех греков можно сопоставить и найти, кто всех мудрее. Тесно жили... В следующие эпохи это было невозможно - знать весь "интеллектуальный мир" (ну не весь, но иметь представление о значительной выборке) стало нельзя, и вот опять.

Если кто-то так смотрел и пытался сопоставить - интересно узнать впечатления от сравнения. Кажутся ли современники глуповатыми по сранению с небесами? Или, напротив, у кого-то возникло впечатление, что до небес не так далеко? Или что современники выше небес и прежние достижения меркнут по сравнению с теми, с кем можно поговорить прямо сейчас? То есть "мой мир" расширился (не вполне, но хоть как-то сопоставимо) до размеров "современное человечество" в лице самых лучших представителей, об интеллектуальной стороне всей современности можно иметь некоторое суждение. А прежде - нельзя, негде было видеть выборку "современного интеллектуального человечества". Вот я и спрашиваю - как впечатления. От сравнения звездного неба над нами и наличного потолка трех поколений.
ivanov_petrov: (geo)
Читал Михайлова об австрийской культуре, и он мне выдал мысль: каким образом каждая кульутра защищается от... у него там говорится: пошлости, непонимания, равнодушия. В общем, как сказать в полной форме - не ясно, но о чем речь - каждый поймет, вот вся та слякоть, которая вокруг, из-за которой и культуры-то не видно - она же везде, по крайней мере в массовом обществе это спутник культуры. В интернетном обществе, - которое является полной противоположностью средневековью, тогда была культура молчащего большинства, теперь культура, в которой говорит каждый, культура болтовни - в интернетном обществе проблемы загрязнения культуры и выживания ее в агрессивном окружении обострились, но проблемы общие - они есть что у американской культуры, что у немецкой, что у русской.

И вот австрийская культура, как рассказывает Михайлов, имела собственные, оригинальные способы выживания в этой среде пошлости и грязи. Для культурных австрийцев было понятно, как читать (слушать, смотреть), чтобы увидеть. То есть имелся некий культурный код, которым пользуется человек, чтобы различить в море грязной болтовни нечто достойное. Понятно, что такая защита обусловлена и особенностями собственно австрийской куль туры, и способом жизни ее читателей, и местными условиями - в общем, там много особенных черт, которые в другом месте будут не понятны и не будут работать, не позволят выделить содержание произведения.
(c) [livejournal.com profile] zh3l
Read more... )
И очень интересно - а другие специальные, для каждой культуры особенные способы? А у русской, американской, французской, итальянской, немецкой культуры сейчас - какие способы? Или барьеры сломаны и культура больше не защищается? Кажется, это не так. По крайней мере ясно, что есть способ защиты эпатажем - на мой взгляд, один из самых дурацких способов, однако ведь очевидно, что эпатаж используется в этом качестве, как попытка оградить культурный смысл от сниженного и неверного понимания. Есть же и другие способы? Причем, наверное, поскольку культуры очень разные - способы свои в каждом случае? Если уж "глубокий мыслитель" видится в России писателем, в Британии писателем- популяризатором, просветителем, а в Америке это активист, разоблачитель государства, возможно - "честный чиновник". При такой разнице - конечно, и защитные механизмы кульутры, защитные оболочки, которыми скрывается настоящий смысл от профанов, - наверное, очень различны.

Каковы эти защиты в каждом случае? какой культурный код характерен для каждой, скажем так, цивилизационной обстановки - у нас она одна, в Европе иная, у англосаксов третья. И что же можно сказать о каждом способе высказывать важные вещи, всерьез, - в каждой культуре?
ivanov_petrov: (Violinist)
Маленький поэт со всем справится. Он легко опишет и сотворение мира, и загадку грехопадения, и свободную волю, и предначертанность судьбы. Любовь к охламонам, к апельсинам, три парки и три кварка - все подвластно его легкому, подвижному перу. Справится и расскажет неописуемое, помыслит немыслимое, скажет о последствиях того, чего никогда не делал.

А большому поэту тяжко, он эти же вещи почти совершенно не умеет делать. Не берется и не справляется. Получаются у него только заметки, трещит по швам архитектоника произведения, чему-то много места, что-то мельком, слишком много философствования, слишком описательно, слишком личное, нарочитое, со всеми не согласное, обычное, невнятное - в общем, текст рвется. Трудно ему.

Отчего так? Разве не должно быть наоборот? Так же трудно и так легко, как стать молодым.
Я понимаю, что не все поэты, да что там, я и сам не поэт, потому, может быть, сыщется трудность ответить, почему маленькие легко справляются, а большие едва вытягивают.
ivanov_petrov: (geo)
Разговор:

- Наверное, кроме взгляда "есть вещь - надо пользоваться" и взгляда "исходящее из проклятого источника тоже проклято" (оба легко понятные, конечно), должен быть вопрос, можно ли снять проклятие? Очень трудный вопрос, но очень актуальный, мне кажется, потому что мы все сплошь пьем из проклятых источников, как ни крути; разрушенная природа, рабский труд жителей стран третьего мира, бесчеловечные медицинские эксперименты прошлого - кажется, вся почва под ногами такова; тем не менее с жизнью не обойдешься как с дочкиными сапожками.

- > кажется, вся почва под ногами такова; тем не менее с жизнью не обойдешься как с дочкиными сапожками.
Ух! Очень сильно сказано.
Я бы здесь спросил, что такое "проклятие", что собираемся снимать. Мысль о проведении некоторого обряда, после которого можно со спокойной совестью пользоваться ... кажется несколько наивной.

- Мне не кажется, что герой рассказа вообще что-то решил. Это был импульс человека, прибитого виной, отчаянием и алкоголем к тому же, импульс понятный, но ни от какой ненависти, к сожалению, не спасающий.
Но вот мы, спокойно и сочувственно смотрящие на ситуацию с дистанции, можем рассудить двояко. Можем решить, что дочка-то уж ни в чем не виновата, и жестоко обрекать ее на пожизненную инвалидность из-за того, что сапожки оплачены предателем; герою нехорошо заниматься собственной психотерапией за счет здоровья девочки. Или что пользоваться тем, что досталось от предателя - означает соучаствовать, продолжать предавать, и передавать это предательство дальше, невинному ребенку, а правильно самому страдать, и ребенок пусть страдает, зато не запачкается в эту грязь. Так я вижу ту дилемму, о которой говорит grey_horse .
Так вот, я ясно вижу свою правду в обоих точках зрения, но вижу и их слабость - если обобщить, предлагается либо строить свою жизнь на зле, либо совсем уйти от мира. Когда я говорю о снятии проклятия, я, конечно, никакой ритуал не имею в виду, и как это сделать - у меня нет инструкции, я не умею, но идея, примерно, "делать добро из зла, потому что больше не из чего". И да, я помню, как закончился роман, откуда эта фраза, но некоторым ведь изредка удается. Героям или святым.
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1959156.html?thread=105811700#t105811700

Может показаться, что все просто - но вот, есть вопрос.

Вопрос о технике, как сейчас нравится. Вот у нас есть это самое, чего видимо-невидимо. Предлагается делать из него добро. Есть ответ Канта: свои чувства скатай в трубочку и помести в секретное место, а делай то, что должно. Известно, что получается: с виду вроде добро, но запах многие считают непереносимым. Есть известный ответ, который легко дают некоторые религиозные люди: надо, чтобы от души и с любовью. Тут отчего-то забывают вопрос - любви вовсе не навалом, и мы именно нечто подобное пытаемся произвести, а тут предалагается использовать в качестве исходного ингредиента. Нету его. Было б - кто б тогда спрашивал. Парашютики не забываем, логику сохраняем - что делать-то?

Какую технику следует применить? Что тут надо сделать, чтобы трансформировать имеющийся в изобилии продукт - у каждого навалом - в добро?

(c) [livejournal.com profile] zh3l
ivanov_petrov: (geo)
"Культ французской революции - это первая религия молодого русского человека; кто из нас в тайне не хранил портрты Робеспьера и Дантона" Герцен

Я помню еще людей, у которых таким примером-лейтмотивом был пример с Великой революцией. Но трудно объяснить наружу, как это использовалось. Попробую так: нет, это не образец, к которому все сводилось. Дело в ином. Для мышления нужны примеры сложности. Они берутся из очень хорошо известных на опыте сложных ситуаций. Ну, вот хотя бы так: самый известный способ запоминания наизусть - привязывание последовательности слов к другой, очень хорошо знакомой последовательности. Как у Шерешеского: я, мол, как бы иду по Невскому, который знаю до мелочей, каждую выщерблину в тротуаре, каждое окно и лепнину - и расставляю новые незнакомые слова по этим вехам, а потом иду обратно и собираю эти слова. Так вот, простые ситуации запоминаются "сами", а при столкновении с чем-то сложным люди обычно используют (по крайней мере, поначалу) свой опыт обращения со сложным. И тут нужно, чтобы этот опыт был.

казалось бы, сложностей и без того у каждого навалом. Но важно, чтобы ситуация была... нет, не решена - действительно сложные ситуации решения не имеют - чтобы она была артикулирована. Чтобы были внесены в нее понятия, которыми ее описывают и решают. Личный сложный опыт - это часто непроговоренный комок, нерасчлененный, без слов. Даже выделить его части, назвать их - очень трудная психологическая работа. И называют там нечто "своими" словами, из личного опыта, когда только говорящий понимает, что это значит - как детские прозвища. А для работы со сложным, для его продумывания надо, чтобы уже было проведено расчленение ситуации на объекты, действия, акторов и пр., чтобы были использованы слова, которые поймут окружающие. Тем самым это могут быть почти только общезначимые примеры, вовсе не из личной жизни.

Дело не в том, из какой области берется опыт. Да, если пример про революцию, то с его помощью леге обсуждать социальные процессы, но каждый такой лейт-мотивный пример организует широкие области сложных ситуаций и на деле используется для решения очень разнообразных проблем.

Боюсь, что одного примера с Великой революцией будет мало. Для людей 1970-х годов - для многих - это было то, о чем говорил Достоевский в Бесах, дело Нечаева, проблема революционного террора. То, о чем книги Ю. Давыдова. Как террор перерождает террориста и чистое общественное движение, как насилие сказывается на обществе. Это был хорошо известный, в многих книгах разобранный пример, и можно было его использовать - стоило маякнуть одной-двумя фразами, и собеседник понимал, какие парадоксы, проблемы, трудности имеются в виду. И тут важно: нет, дело не в сигнале. Тут легко сбиться на просто сигнальную функцию - когда мелодия напоминает о фильме, фраза о поэме - но я не об этом. Дело не в том, что длинный текст обозначается коротким знаком - дело именно в сложном примере, хорошо всем известном, и на эту сложность можно легко сослаться - не на текст, а на сложность.

Или, скажем, примеры у экономистов - один хорошо разобранный пример (скажем, о маяках) аменяет множество слов - хотя маяки - довольно необычные объекты и трудно сказать сразу, что на них похоже, тем не менее в профессиональной коммуникации это такой лейтмотивный пример, сразу после упоминания становится ясно, о чем речь, какие там были проблемы, как были решены, почему не сразу нашлось решение. Свои примеры есть у психологов, они разнообразны - одни из амых известных - сказочные архетипы. Если сказать, что у человека проблемы Золушки или там еще кого - очень многое сразу становится понятным. Для тех, кто не просто читал сказку, кто вживался в архетип Золушки, много об этом думал, разговаривал с другими - создавал шаржи, варианты, пробовал смотреть на историю с позиций разных персонажей, пробовал "не верить" чьей-то версии, пробовал узнавать эту историю в передаче разных заинтересованных сторон. Тогда для него есть много всяких трудностей и сложностей, с которыми он разбирался на этом примере. Это не значит, что он всё и всегда сводит к Золушке - это значит, что он приемы обращения со сложностью выучивал на этом примере. Есть модные общегуманитарные примеры - Другой, Граница и т.п. - тема, звучащая тысячью книг, сказанная с разных сторон знаменитыми авторами, так что понятно, что другой - это не просто Другой, а... вплоть до совсем наоборот.

Такие примеры есть и в самых разных естественых науках. Есть классические примеры сложных эволюционных сценариев или трудностей с классификацией, и специалисты используют их - они часто служат в статьях введением в тему, как бы напоминается - вот была сложность, там понятно какие были проблемы, помните? так вот, сейчас другой пример, связанный не более как с мотивом.

Так вот, возвращаясь к примеру Герцена. Ясно, что в разных специальных разговорах и отдельных науках есть хорошо разработанные примеры сложных проблем. Но среди этих лейт-примеров есть такие, которые в какое-то время получают особенно широкое хождение. Как для советского времени были характерны примеры Французской революции и дела Нечаева. Конечно, не только они, были и другие, и наверное в разных кругах разные. Интересно знать, какие примеры в какое время и в каких кругах служат такими образцами сложности. Разобранными, проговоренными, популярными, многим известными, к которым легко свести какой-то прием или ситуацию.

Может быть, кто-то захочет сказать, какие лейт-примеры сложных ситуаций с его точки зрения популярны - когда и где. Про времена Герцена уже у читателей этого блога узнать трудно, но вот какие сейчас ходят примеры? Или в недавнее время - и среди кого? Что использовалось для пояснения сложной ситуации? Может быть, это какой-то очень известный конфликт или ситуация из фильма, или из книги, или еще что-то?
ivanov_petrov: (geo)
- Какими, по-вашему, будут главные слова ближайшего пятилетия?
- С полной определенностью: "Культурная революция".
http://salat.zahav.ru/Articles/8469/hodorkovsky_bykov_interviu#ixzz3gz2RVMKP

- Для меня граница между 60-ми и 70-ми — не хронологическая. Потому что шестидесятники начали до 60-х, в конце 50-х, и некоторые так и продолжали всю жизнь оставаться в этом состоянии. Для меня граница здесь проходит по тому, что мы называли тогда контркультурной революцией, или культурной контрреволюцией — то есть с преодолением последствий культурной революции, понятой в широком смысле. Как известно, культурной революцией называли общую грамотность и т.п. На самом деле это был огромный культурный переворот, который заключался в выборе канона культуры, в отсечении всего того, чего «новые люди» не должны знать, о чем они думать не должны (просто потому, что не знают). А то, что им рекомендовалось знать, преподносилось уже истолкованным, «правильно» и раз навсегда истолкованным. Например, что ценность Гегеля — в том, что он предшественник Маркса. Что «прогрессивные» писатели (задается список прогрессивных) лучше «реакционных». И т.п. И шестидесятники, при всех вольнолюбивых стремлениях, оставались детьми этой культурной революции. Она не была осознана, и осознавать ее стали как раз скорее ученые-гуманитарии, чем поэты или художники, которые во многом шли или параллельно, или вслед за ведущими фигурами 70-х.
...У шестидесятников была короткая перспектива, было очень, на мой взгляд, близорукое поле зрения. Ни классическая школа мысли, ни «другая мысль» модерна (Хайдеггер, скажем) туда не входили. Вот здесь, с «культурной контрреволюции», начинаются 70-е годы. И, конечно, «религиозное возрождение» — существенная составная 70-х. Типичные шестидесятники были, как мы говорили, ископаемыми атеистами. Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Понял, что правильные мальчики сделаны из восьми кубиков, трех шариков, нескольких палочек и скрепляющего всё это чувства юмора. У неправильных, не следящих за собой мальчиков число кубиков нечетное. Например, семнадцать.
(не знал, что надо считать кубики. Посмотрев современное искусство и насладившись зрелищем девушек, пищащих "вау, у него восемь кубиков!" - восхищен). Кстати, в составе девочек кубиков нет совсем.

Как изменились представления о теле-то. За немногие годы - иная совсем антропология. Вспоминаются "беременные" на картинах позднего средневековья, мужчины в животастых колетах и штанах с пуфами - тогда была такая. И сейчас резкие изменения за очень немногие годы. Интересно, где-нибудь это описано?
ivanov_petrov: (некурю)
Подумал, как странно, что всё большему числу людей не нравятся их имена. В массовом порядке переходят на очень необычные производные от паспортного имекни, на прозвища, ну и вообще. Серые и Сержанты чаще, чем Пети и Коли. Это ведь что-то значит? Люди приобретают индивидуальные имена. Их не устраивают имена общие, их буквально корежит от того, что к ним обращаются общим именем - и в этой сфере именования, которая, казалось, давно традиционна и неизменяема, вырастает уже традиция. Да, в документах пишут паспортное имя. Ну так римские цифры использовались в бухгалтерских документах чуть не до XVIII в. - потому что подделать труднее, а на практике века с XV писали цифры арабские. И тут тоже - пстепенно выявляются сферы общения, где неприлично использовать паспортное имя, или полное имя и т.п. Дружеское общение? Коллеги? Многие предупреждают - я такая-то. Возниают конфликты, есть серые зоны, где общение еще непонятно, к чему тяготеет.

Кажется, те навыки, которые приобретают в играх всех форматов (квесты эти, видеоигры и пр.) - это способ достижения обыденных психологических умений людьми, которые дареными этих умений не имеют. Бол нам подарена - сунь руку в огонь, и даром станет больно. И долгие века столь же естественны были психолочнеские умения - общаться с людьми, дружить, испытыватьсимпатию, враждовать, испытывать материнскую любовь и пр. Исключений был много меньше, сейчас и вполне обычные люди, совершенно не исключительные, вдруг не умеют испытвать симпатию, переброситься парой слов или любить своего ребенка. То, что раньше само получалось, теперпь надо тренировать и воспитывать в себе - может быть, современные развлечения и служат этому, поддержке старых умений, которые теперь правильно называть новыми, раз они сами не получаются у многих и многих.

Ну и мышление тоже. Оно было для всех общее, логика одна на всех. Но вроде бы постепенно оно становится личным. Что бы это значило? Не то, что "эта мысль есть у меня" - она есть, но это та же мысль, что и у другого, поскольку правильная мысль вообще всего одна на всех. Так было прежде, кажется, сейчас люди все чаще воспринимают естественным оборот "личные мысли". Сейчас, пожалуй, все чаще говорят о личном уме, о том, что рациональность становится чем-то собственным, связанным с личностью. потому истины не стало, а появились мнения, б. и м. авторитетные.

И раз бывает личный ум, наделенный некоторыми характерными особенностями, то можно спросить...

Есть внешний привычный образ ума: высокий лоб. За ним, конечно, высокие замыслы. Или беспочвенные фантазии, или иллюзии.

Я хочу спросить, каким видится образ ума, который воплощается низким лбом? Допустим, очень низкий, быстро уходящий назад лоб, общий настрой - насмешливый, циничный.

Каким видится этот ум?



Как вы себе представляете этот вот низколобый ум? Ну, жизненный опыт есть - и можно сказать, он быстрый или медленный, он сильный или слабоват, хитрый, въедливый. Или нет? А почему он насмешливый и саркастичный? Или он не саркастичный, как кажется? Ну и прочие характеристики, которые вам благоугодно будет высказать и обрисовать тем способом, который вам покажется приличным.
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Когда мы смотрим на европейскую культуру, мы встречаем привычный набор ценностей. Они переливаются, выглядят иногда омерзительно, иногда прекрасно. Омерзительно? Ну, вот, недавно увидел запись одного юзера - у него там было рассуждение: многие, мол, боятся, что Китай у России оттяпает Сибирь, это чушь, мы его тогда просто сожжем. И, мол, не надо к России применять мысли, которые относятся ко всяким меленьким странам - не надо пытаться поступать с Россией так, как она поступает с другими, просто потому, что Россия огромная и великая страна, и всякой мелочи так, как она, поступать не по чину и не по силе. Этот юзер вполне всерьез думает таким образом - и, конечно, это проявление привычных в европейском регионе ценностей. Я к тому, что ценности давно находятся в противостоянии, они уже притерлись мозолями. Вот ценности свободы индивида, вот ценности патриотизма, государственнические, вот ценности "левые", для масс, в общем, их много, они давно сражаются, преплетаются, но все сочетания уже, в общем, привычны. (Я привел этот сильный образ ценностей, проявляющихся у того юзера, чтобы напомнить: вообще-то это разговор на самую болезненную тему из возможных, это очень важная тема - но говорить я буду совсем не о политике).

В других регионах, как понятно, ценности иные, теоретически это понятно - ну да, другие религии, другие общества. Но когда это проявляется в повседневности, может удивить. Я вот как-то удивился, когда обратил внимание на мотив: в аниме совершенно стандарный оборот, указывающий на причину ряда поступков, указывающий на цель и тем самым на ценность: я хочу создать драгоценые воспоминания. Иногда это говорится в отношении влюбленной пары - мы храним наши драгоценные воспоминания, мы создаем их. Или даже и одинокий герой что-то такое говорит, или некоторая компания друзей. в общем, это работающая ценность - создавать драгоценные воспоминания. Вполне значимый мотив для поведения, которое требует изрядных затрат, то есть ценность довольно высокого уровня.

(c) [livejournal.com profile] zh3l
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Есть страны, в которые едут, многие уже поколения. У них об этом свои слова, свои методы в культуре, своя политика. Плавильный котел, как там... салатница... мозаика? В общем, там свои приспособления к тому, что многие приехавшие десять лет назад, а прочие - с дедушек.

Есть страны, откуда уезжают, сотни лет. И мне стало интересно - что остается в культуре таких стран?
На первый взгляд, где люди, там и есть что-то, а где нету, там и нету. Уехали и себя с собой увезли.
Это так? Или остается в культуре, в сложении социальной среды таких стран какой-то след, память, приспособление, что ли, к тому, что - уезжают? Следы ушедших? Манера прерывать связи? умение их прерывать? Я не знаю, что - но, может, что-то есть? Или действует как-то многопоколенное дело, несделанное теми, кто уехал, как-то видны неосуществленные возможности?

Дело не только в России, хотя из нее уезжали и в XIX, и в XX, и потом. Но во многом такова судьба Ирландии, да? Наверное, какой-то Португалии и Испании, Греции? Страны чрезвычайно разные, но вдруг можно уловить что-то, как мы представляем себе некий набор обычаев и социальных привычек принимающих стран, куда направлены потоки мигрантов, - так что же остается следом отсутствия, действует отрицанием среди социальных фактов?
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Существует давнее убеждение, что понятие о Я в мировой культуре появилось недавно, поскольку вообще люди недавно приобрели такое качество. Эту культурологическую концепцию сто раз раздраженно опровергали и сто раз высказывали снова, на новом основании. Там есть свои привычные аргументы в обе стороны. Слово self в английском - молодое, в японском нет (не было) слова для Я, личность. - Нет, в каждом языке можно отыскать слово, обозначающее индивида, сказать "человек" можно на любом языке. И дальше споры о наполнении понятия Я. Знаменитый французский лингвсит Мосс написал книгу о понятии Я, и знаменитый этнограф Гиртц пытался дать определение понятия Я, оригинального для западной культуры. И тут же поворот - считать ли всех людей незапада примитивнокультурными, раз у них нет Я, и тут же возражение - ах так, да вы что, демократия и у всех есть.

Это очень длинно. Лингвист Анна Вежбицкая при разработке своего "языка примитивов", той минимальной семантики, с помощью которой можно описать любое значение, затронула и проблему этого самого Я. Как всегда бывает при серьезном разборе, у нее получилось, что нельзя считать значение Я уникальным для западной культуры, но попутно выяснилось, какие же значения уникальны для англосаксонской культуры, как непросто переводится то или иное слово, насколько поспешно то, что выговаривают в нейроисследованиях - где очень легко отождествляют то, что можно сказать на английском, с тем, что имеет место "на самом деле". Рассказывается о специфических смыслах английского - и рядом об особенных терминах, которые есть у разных других народов. То есть именно потому, что она тщательно ищет универсальные смыслы, которые есть во всех человеческих языках, она очень чувствительна к тому особенному, что имеет каждый язык. Мы внутри западной культуры привычно считаем, что универсальные значения - все эти "сознание", "разум", "мысль", "личность" и прочие, прочие - как же без них. Строим искусственный интеллект с таким видом, будто есть естественный. Уверенно выделяем базовые эмоции и их биологическую составляющую, полагая, что эмоции существуют у всех людей. Изучаем нейрофизиологию процессов сознания, будто они существуют. В общем, получаются занытные рассуждения лингвиста, показывающие, что надо осторожно относиться к тому, что может быть сказано.
(c) [livejournal.com profile] zh3l
Read more... )
ivanov_petrov: (elephants)
Я не вообще, а только в частности. За последние годы видел много уже человек, более двух десятков, которые ставили жизни и стране проживания условия. То есть - это люди интересные, выдающиеся, сильные, умные, хорошие профессионалы. В общем, людям неприятно жить в тряпочку, они хотят работать всерьез, они хотят, чтобы получалось не как всегда, а по-настоящему. Понятно, что обыденная жизнь вокруг затрудняет их движения, что-то сорвалось, опять не вышло и т.п. И вот человек, очередной раз натолкнувшись на идиотскую стенку поперек пути, никому не нужную, говорит: Всё! Я изо всех сил постараюсь сделать вот это дело. Оно нужное, важное, многие люди в нем нуждаются, оно легальное, меня поддерживают вот такие-то значительные люди - в общем, много трудностей, но сделать можно. и я это сделаю, приложу все силы. а если не выйдет - я уеду. Сил у меня нет проживать жизнь попусту, когда ничего толком не получается, всему живому, нормальному и вменяемому мешают, одна слизь и грязь... В общем, это большой проект, я за него берусь всерьез, если не дадут сделать - уеду!

Через время он уезжает. Потому что не вышло. Если бы у одного. Таких историй даже просто своими глазами видел - не то что слышал стороной - довольно много. То есть нормально сделать что-то стоящее, полезное, хорошее, на что решил затратить силы и добиться - этого "никогда" нельзя. Так что заранее можно сказать - не тратьте силы, все равно не получится, если так стоит вопрос - можно сразу уезжать. Не только в бизнесе - то же и в журналистике, науке, культуре всяческой, в общем, где угодно.

Остаются те, кто условий не ставил. Большинство, конечно, как всегда ничего и не делают, просто тянут лямку, некоторые делают, но не под условие, а просто так. У них излучается, просто они так живут - неизбежно производя какие-то, как бы сказать, кванты тепла. Иногда их работа заканчивается результатом, часто не удается ничего сделать - толкотня людей вокруг, людей неумных и мало что понимающих, губит то, что они делали, остаются незавершенные проекты и едва начатые работы. А изредка даже и получается что-то стоящее.

Но вот с таким условием, чтобы на результат - нет, не получается. Год, три, четыре - человек признает: нет, не получилось, я в самом деле пахал, стaрался, но эта дрянь сильнее меня, победы не будет. И уезжает.

Вот, пожалуй. До победы - нельзя. Ее не будет. А без надежды на победу - вроде бы еще как-то можно.
ivanov_petrov: (geo)
Как мне кажется, сейчас стала очень популярна тема зомби. Отчего бы? Тут надо сразу выбросить несколько итакпонятных вещей. Что люди любят пугаться - с этим спора нет, я не об этом спрашиваю, я спрашиваю, почему зомби. Что существуют моды и есть мода на вампиров и прочие дела - с этим спора нет, но тут вопрос - это всего лишь случайность, так считаете? Вот что обращает внимание - зомби могут быть разные. Всякие там неприятного сгнившего вида мертвецы, всякие там бледно светящиеся нежные души, да мало ли. Тут что: сейчас в моде именно тела, неотличимые от обычных людей. Или по крайней мере с трудом отличимые. В этом современном мифе зомби могут даже иметь некое подобие психической жизни, они могут быть злыми, упорными, или там свирепыми, или даже как-то раскаиваться. Тело есть, душа в редуцированной форме присутствует. Духа нет. Такой вот массовый миф - что вокруг нас огромное количество людей людьми только кажется, а на самом деле мертвяки. Они как-то там живут - не в могилах, одетые, ходят среди нас, короче. Это важно - дело не в том, что именно "труп", а в том, как он сейчас показан - не в могиле обитает, а именно ходит среди людей, неотличим, и таких масса, в пределе - такие почти все, за редким исключением.

Отчего вдруг такая популярность у этой истории? В прежние времена такого не было. Я понимаю, что было другое. Но это не ответ, а вопрос. Я могу спросить, а отчего в какое-то время (другое) были популярны иные кошмары. А сейчас - этот. Говорят "я люблю зомби", как я мог видеть - не "про зомби", а именно "зомби". Не все, но некоторые так говорят. И очень многие любят "про зомби". Почему это может быть интересно - не мой вопрос. Я немного иначе: почему именно сейчас такой большой интерес именно к этой теме?
ivanov_petrov: (geo)
Недавно произошел такой вот разговор:
- Для меня это причина молчать, второй причиной является то, что слова по определённым тематикам сразу понижают твой культурный уровень (это не оговорка, да, не репутацию, не доверие к тебе, а именно культурный уровень, который не является константой)
- да, пожалуй, понимаю. Культуроснижающие и культуроповышающие темы.
Отсюда интересно знать список тем, на которые даже глупости говорить душеполезно - не специально глупить, а - по естественному недостатку разумения говорить что-то примитивное, но в такой теме, где само напряжение для участия в беседе тебя повышает
- Думаю: литература (и искусство вообще) от Ромула до второй половины прошлого века (киноискусству можно дать ещё полвека), этика, эмоциональная и психологическая сферы (тонкости восприятия, мысли и общения), исторические факты и их трактовки до начала прошлого века, мистика (без современных чакр энергетических потоков и прочего). Ну вот навскидку.
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1880081.html?thread=98421521#t98421521

Я было подумал что-то там возразить. Ну к примеру - используется довольно привычный отступ от современности, было хорошо пару поколений назад, а потом... Это вполне хорошее начало, но мне, скажем, интересны и другие фигуры относительно прошлого. Скажем, вполне осмысленный рисунок возникает, если считать, что сильнейшая деградация шла с XV-XVI вв. и самым низом был XVIII, потом волоклись по дну и вот как раз в конце XIX и начале ХХ вв. появились некоторые примеры прорыва грустного доминирования низин. Разумеется, это не всеобщий алгоритм, одни ряды событий он описывает, другие нет. Есть и иные неплохие формулы просмотра прошлых свершений. И по темам - конечно, могут быть разные мнения, например, тут еще много чего надо оговаривать - какая этика, если брать современные публикации по этой дисциплине, то совсем иное ощущение накатывает, значит, надо объяснять, о какой этике речь. И еще вспомнил - там по ссылке есть реплика про "за пивом для хорошего человека бегать", синоним известного выражения "это такой человек, что в его лабе можно просто мыть пробирки, и смысл жизни гарантирован". А дальше - возможно обсуждение, есть ли еще такие люди, при которых достаточно мыть пробирки, или эти реликты уже вымерли.

Но подумал - к чему возражать. Можно показать. Может быть, у почтенных читателей есть желание сказать, что для них - культуроповышательные темы, в том смысле, как это выговорилось выше.
ivanov_petrov: (geo)
Ладно, ладно. Это полный ужас, что в головах, и утешает лишь то, что он не вдруг вчера появился, а так там и был. Еще и нас не было, а именно вся эта штука в головах уже была. Так что придется иметь дело с тем что есть - потому что ничего другого там не будет.

Набрел на запись одного юзера, который говорит: "который год по весне сажусь за "большой текст" и не могу, нет куража и драйва: мне это всё уже сто лет как понятно и само собой разумеется, им ещё сто лет как мимо кассы и самодеятельный вздор - пока какие-нибудь мажоры не привезут "оттуда" что-нибудь слово в слово такое же самое"

Как мне кажется, очень типичная ситуация. У многих бывает. И что вы делаете в таком случае? Бросаете текст? Делаете через силу? Меняете точку зрения или себя? Как справляетесь с такой ситуацией - когда текст задуман большой и фундаментальный, а драйва нет, поскольку для себя все давно пережевано и тут бы вперед двигаться, а все возможные и мыслимые массы читателей, числом от двадцати до пятидесяти, не понимают еще и нескольких предшествующих ступенек и им это все бесполезно. И как поступаете?
ivanov_petrov: (geo)
Россия и мусульманский мир: инаковость как проблема. Смирнов А.В.
http://smirnov.iph.ras.ru/win/publictn/ph_copy/rimm.pdf речь о первом разделе, это где-то примерно первые 100 страниц.

Текст относится к редчайшему разряду тех, которые не имеет большого смысла пересказывать. Потому что в ней важнейшим является даже не то, что сказано, а то, как. С содержательностью все в порядке, там хватит на несколько томов содержательности, там и новые подходы, и новое понимание семантики и речи, и особенная трактовка развития логики, и продвижение в философии, раскрытие оригинального смысла понятия истины и причинности, символа и пр. В общем, хватает на содержательное изложение. Дело не в нехватке - в том, что едва не самым замечательным в книге представляется ход мысли автора.

Можно идти по городу и смотреть на предметы, обычно мы так и делаем. Видеть пешеходов, светофоры, машины, рекламные щиты. Но можно смотреть иначе. Read more... )
ivanov_petrov: (leaf)
Многие сейчас могут сказать "чего-то мне как-то". И чем дальше, тем...

Я хочу спросить про историю предательства. Вот в каком смысле. Мне кажется, у очень многих историй, которые мы повторяем, есть то, что обычно называют архетипическим сюжетом. Он не обязательно один-единственный, бывает с вариантами. В общем, дело довольно понятное. История вражды двух братьев, или там битва отца с сыном, история про исчезнувший город и прочие такие штуки.

Так вот, мне кажется, что столь древняя ситуация, как предательство, тоже должна иметь нечто вроде архетипического сюжета. Тема болезненная, не могла же она остаться пустой. Но я что-то не могу вспомнить, что это за история.

Понятно, что первое же приходящее на ум - история Иуды. Однако почему-то меня этот вариант не устраивает. Это история о том, как человек предал Бога, а истории предательства, которые мне кажутся ближе к моему вопросу - это истории о предательстве женщин и мужчин, о предательстве друзей. Ну, скажем, история Джиневры, Артура и Ланселота - да, история предательства. То есть мнится мне, что не евангельский сюжет будет первоисторией предательства. Во вполне человеческом и непереносном смысле. Меня интересуют не какие-то особенно изощренные трактовки мифов и переложения религиозных сюжетов (мол, Денница предал Бога), а что-то более похожее на дела человеческие.

Не могли бы напомнить, что за давно известные истории связаны с предательством. Мне не вспоминается, потому что кажется, что в истории Артура и Джиневры это боковой сюжет, добавочный, и много есть, конечно, давних рассказов об изменах и подобном, но какие-то они для меня все вторичные, внутренне вытекающие из чего-то. А из чего?
ivanov_petrov: (geo)
Хочу задать вопрос. Трудность в нем та, что в нашей культуре уже прописан ответ. Существует шаблон, и можно по нему. Но все же интересно подумать еще раз, поставить вопрос перед душой и как-то вживую на него ответить, подумавши.

И для начала я напомню вот какой случай. Когда Колумб возвращался в Испанию после открытия Америки, в океане настигла его страшная буря. Такого жуткого шторма он и его команда до того не видели и были уверены, что погибнут (в то время в европейских морях потонули сотни кораблей, видимо, погода в самом деле была жуткой). Команда готовилась к гибели. Буря длилась несколько суток. Колумб у себя в каюте написал письмо царственной чете, Фердинанду и Изабелле. Это был итог его жизни - он думал, что умрет, человек он был набожный, размышлял, в чем его грех перед Господом, и итогом всего делился с государями - что он открыл новые страны, что вот такие дела. Это письмо, и в то же время завещание, если угодно - венец биографии. О том, что он написал такое письмо в эту бурю, Колумб упоминает в своем дневнике. Когда парадное письмо было написано, он приказал принести бочонок, поместил туда письмо, и бочонок отправился за борт.

Такой способ публикации Колумба привел к тому, что письма этого с тех пор не находили. Нету этого письма, не нашлась бочка, или нашлась, да протекла. Письмо потеряно. А Колумб и его команда, как известно, выжили.

Последние века в Европе сложилось очень высокое мнение о книге. Когда говорят о пишущем человеке, главным итогом его жизни считают книги. Дописал свою главную книгу жизни - молодец, в биографии отмечают: дописал, она есть. Не успел - говорят, что умер в безвестности. И биография так строится: вот писал книгу ту, потом эту, как на главных опорах, жизнь, отображенная в биографии, размещается на книгах. Об этом можно сказать многое и привести разные замечательные примеры, но, думаю, понятно. Человек живет; пишет книги; это считается крайне важным, делом жизни. Книга написана, опубликована, человек живет дальше. Десятки лет, и если ничего еще рубежного и этапного не опубликовал - для сторонних людей жизнь его выглядит так, что он жил-думал, потом написал книгу, которая дело жизни, а потом умер. Ну и что, что через 35 лет или там 57. Главное - книга. Книга считается делом.

И у меня вопрос вот какой. Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Конечно, пока это нарисовано на куске старого холста, но все же.

Чтение книг по народной картине мира оставляет массу поводов для раздумий. Примерно с 90-х годов это уже не любительские вылазки философов, а нормальная работа профессионалов, обычно - лингвистов. Там сначала Апресян, сбоку на манер Поповича и Никитича - Иванов и Топоров, но, конечно, основательницей - Вежбицкая. Русский национальный концепт - слова "душа", "тоска", а третье я забыл. Непереводимые и ключевые. А, да. Третье на "с", и я думал - скука, а на самом деле - "судьба". Душа, тоска и судьба - три непереводимых ключа к русской культуре.
Там Пеньковский с очерками по русской семантике, Лотман, Козеллек...

И вот я прочел исследование М. К. Голованивской. МЕНТАЛЬНОСТЬ В ЗЕРКАЛЕ ЯЗЫКА. Некоторые базовые мировоззренческие концепты французов и русских. 2009

Тут главное, конечно, последовательность. Вместо отдельных выхваченных примеров - сопоставление словарей, работа с оттенками значений. Многое мне кажется еще недостаточно обоснованным, попросту придуманным за неимением лучшего, но какие-то участки уже выглядят прочно.
Сопоставление ментальности разных культур.
Замечательно, как во французской культуре совесть - слабый противник, то, с чем легко справиться, совесть и душа являются антагонистами разума, царит в человеке, конечно, разум, который понимается вполне прагматично, вплоть до подсчета наличности. Ну а в русской - совесть служит верховным словом, против нее явным образом действовать нехорошо.

Или душа. Автор убежден, что главный образ для русского слова "душа" - женский половой орган. И никак иначе. В книге у автора обоснования, примеры, словоупотребления, соответствующая семантика. Так что у русских - так. А вот у французов душа - это ткань, обертка.

Разве тут можно договориться?
Или базовые чувства. У русских они мужские. То есть чувства же - это то, что приходит в душу, что овладевает человеком. И вот у русских чувства - мужского рода, все эти гневы и страхи. Конечно, есть слова женского рода, но я же не обоснования повторяю, а выводы, за обоснованиями надо к автору. А во французском базовые эмоции в основном женские.

С добром очень странно. Для русских добро - моральная категория, добро - это то, что отдано без раздумий, не приносит прибыли, бескорыстно и часто вопреки общему благу. А для французов добро - это материальный достаток, хорошо продуманный и разумно обустроенный, распределенный частично себе, а частично на общее благо.
Read more... )

Profile

ivanov_petrov: (Default)
ivanov_petrov

December 2016

S M T W T F S
    1 23
4 5 6 78 9 10
11 121314 15 1617
1819 20212223 24
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 08:36 am
Powered by Dreamwidth Studios