ivanov_petrov: (Default)
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1634456.html?thread=90111128#t90111128

быв спрошен, сказал, как мог - но вдруг есть социологи или биологи, которые могут помочь лучше

[livejournal.com profile] nizgoraev
не подскажете где можно в науч-попе почитать о клеточной организации? меня интересуют организмы, которые создают сложные взаимозависимые, возможно как-то иерархически организованные колонии, и те, которые организуются в частные, локальные образования, но при этом сосуществуют вместе в одной среде, так скажем на паритетных началах, есть ли такое деление и проводил ли его кто-нибудь?
Read more... )
ivanov_petrov: (tatu)
Занятная штука в социальных отношениях.

Есть такой эффект, он проявляется на смене поколений. Очень обычный, все его знают. Идет старение, и прежние социальные типы - ну, к примеру, ловеласы, или крутые парни, или успешники-конфетки - в общем, адаптированные социальные типы - они отстают, роль больше не налезает - ясно, что конфетка-успешник или там красавчик - не очень монтируется с сединами; бабушки еще помнят, что должны означать эти изгибы бровей и тип усмешки, а вот девушки уже смеются, да и парни тоже. Это тема довольно горькая, все в курсе - ну, там мало что возраст и старение, там еще именно потеря идентичности. очень многие люди живут именн социальными ролями, а когда роль с годами отказывает - ну, кем быть этому несчастному старику, если он всю жизнь был красавцем-удачником, или там весельчаком-балагуром.

Но я как раз не о горькой этой пилюле. Вдруг увидел очень странную закономерность. Дело в том, что маргинальные типы стареют медленнее. Только надо понимать. что не любые маргинальные. То есть хипующий старичок под семьдесят - стареет, хотя, кажется, все же медленнее социального мейнстрима, типов, прописанных в мейнстриме. Но еще медленнее стареют низовые андерграундные типы. Ведь хипарь - это вершина пирамиды андерграундных типов (ну, вершина одной из пирамид, ясно, что в кждом поколении они разные, да даже и в оном поколении их несколько). Но, скажем, чудак-ботаник, прибабахнутый, но с добрым сердцем - стареет медленнее. В этой роли можно обретаться очень долго. Кажется, это связано именно с низким рейтингом типа - высокий рейтинг натсроен на победу в социальном взаимодействии. и как только перестает побеждать - выдыхается. А непобедительные социальные типы могут быть носимы достаточно долго.
ivanov_petrov: (Violinist)
Корпорация как способ познания мира
история университетов

Суд как способ отстаивания точки зрения
история научного доказательства

Рабовладение как способ домохозяйства
история бюрократии

А ещё?
ivanov_petrov: (Violinist)
Корпорация как способ познания мира
история университетов

Суд как способ отстаивания точки зрения
история научного доказательства

Рабовладение как способ домохозяйства
история бюрократии

А ещё?
ivanov_petrov: (задира)
Ну, в Смерти Вазир-Мухтара есть некий караульный, коий стоит у дороги и ее охраняет, как тридцать пять лет назад вроде было велено, жалованья нет, но кормовые идут - вроде бы - ну он и охраняет, в середине России в середине дороги.
Это литература. У меня сосед, советский десантник. На учениях его выбросили в болото радистом, он как мог подгреб что-то под себя, весна, холод жуткий, ну и передавал чего там надо передавать. По пояс в воде. Учения длились два дня, но о нем забыли. Через неделю вспомнили, сразу в госпиталь.
На Дальнем Востоке довольно часто кого-то забывали, заставами и нарядами. Мужики с автоматами то ли нищенствовали, то ли разбойничали - жрачку-то по забывчивости переставали завозить.
Наверняка таких историй уйма - именно как не со зла и не по жестокости, а просто забыли.
Но это давние. А сейчас - забывают?
ivanov_petrov: (задира)
Ну, в Смерти Вазир-Мухтара есть некий караульный, коий стоит у дороги и ее охраняет, как тридцать пять лет назад вроде было велено, жалованья нет, но кормовые идут - вроде бы - ну он и охраняет, в середине России в середине дороги.
Это литература. У меня сосед, советский десантник. На учениях его выбросили в болото радистом, он как мог подгреб что-то под себя, весна, холод жуткий, ну и передавал чего там надо передавать. По пояс в воде. Учения длились два дня, но о нем забыли. Через неделю вспомнили, сразу в госпиталь.
На Дальнем Востоке довольно часто кого-то забывали, заставами и нарядами. Мужики с автоматами то ли нищенствовали, то ли разбойничали - жрачку-то по забывчивости переставали завозить.
Наверняка таких историй уйма - именно как не со зла и не по жестокости, а просто забыли.
Но это давние. А сейчас - забывают?
ivanov_petrov: (Default)
http://iph.ras.ru/page50689323.htm
Москалев И.Е.

Сети научных коммуникаций: междисциплинарный подход
«Время интенсивных школьных и университетских реформ является одновременно временем интенсивной работы над классификацией знаний и наук» Stichweh R. 1984
...университет начал выполнять вполне определенную институционализирующую функцию по отношению к дисциплинарной структуре современной науки.
...«Идея нового образования и науки после 1800 г. связана скорее с понятием «наука», а не множественностью наук» Stichweh R. 1984

В 1807 г. Фихте предложил заменить профессиональное образование в университете общим образованием, позволяющим выявить внутренние взаимосвязи в пределах всего научного знания. Идеи Фихте легли в основу университетской программы Гумбольта (Коллинз Р. С. 840).

Read more... )
ivanov_petrov: (Default)
http://iph.ras.ru/page50689323.htm
Москалев И.Е.

Сети научных коммуникаций: междисциплинарный подход
«Время интенсивных школьных и университетских реформ является одновременно временем интенсивной работы над классификацией знаний и наук» Stichweh R. 1984
...университет начал выполнять вполне определенную институционализирующую функцию по отношению к дисциплинарной структуре современной науки.
...«Идея нового образования и науки после 1800 г. связана скорее с понятием «наука», а не множественностью наук» Stichweh R. 1984

В 1807 г. Фихте предложил заменить профессиональное образование в университете общим образованием, позволяющим выявить внутренние взаимосвязи в пределах всего научного знания. Идеи Фихте легли в основу университетской программы Гумбольта (Коллинз Р. С. 840).

Read more... )
ivanov_petrov: (Default)
Предположим, я рассказываю страшную сказку.
Вот были всякие греческие государства, Афины там, Фивы и прочий Коринф. Они меж собой воевали, интриговали, объединялись в союзы и предавали, целая история всего этого. Потом они даже объединились, но в составе других государств, и стали частью империи. а потом они уже были не совсем греки, зато полимперии стало греческими - и эта империя всё менялась, менялась, пока ее не завоевали, и тогда пришло столько совсем уже не греков, что даже странно и говорить, хотя часть людей всё ещё называла себя греками.

Но дело не в этом. Все эти разные страны почитали себя в круге древней литературы, созданной за сотни лет до всего этого. И эта древняя литература влияла на весь большой мир, и даже когда варвары строили западные королевства, и когда варвары объединялись в империи, и когда уже на карте не стало никакой греческой империи - всё это время происходящее в мире определялось тем, что было века назад написано в Греции. То есть, на греческом языке, никакой единой Греции, конечно, тогда не было.

Судьбы стран и государств - это одно дело, а то, что создает великую литературу - другое, и это живет и оказывает воздействие.

Но, конечно, история не повторяется. Вот жили разные германские племена, и то, что они образовывали, даже и государствами назвать нельзя. Постепенно и под римским влиянием из этого складывались какие-то управляемые единицы, но тут пришли воины с востока, и всё опять стало очень неясно. Длилась вся эта чехарда очень долго, но остались великие поэмы о Нибелунгах, и остались великие саги на севере. И потом, через века. постепенно сложился целый народ, для которого это было своим - хотя тут нацело не делится. И потом этот народ даже приобрел себе государство, хотя это было не к добру. Но всё это ещё длится, и там много деталей, и эта литература не оказала влияния, подобного греческой, там была совсем иная история.

История всегда иная, я только говорю - литература старше государств; литература влиятельнее их на длительных временах. В самом деле длительных. Стоявшие веками империи заканчиваются, и племена, их населявшие, меняются в составе. Но влиятелен язык, особенно - пока на нем говорят. И тут надо смотреть, что может передать язык. Может быть, у иного народа гениальный эпос, у иного - еще что-то. У греков была, конечно, еще и гениальная философия. Но история не повторяется, то. что пойдет в века от великой литературы - вот на что имеет смысл смотреть. И вот что имеет смысл укреплять, во что вкладываться. Конечно, по заказу великую литературу не напишешь, и даже боэциевы консервы не спасают положения. Всяко бывает, и чудесным образом греческую культуру передают через два промежуточных языка арабские консервы. Но все же чем более внятно изложено почти-современниками об этой литературе, чем более понято, воспринято и разъяснено - тем более это будет иметь влияния в веках.

И тут интересно думать об уже известном - вспоминая, что же это за литература, все ли помним и знаем из того фонда, которым будут так гордиться люди через века, когда он станет влиятельным и невосполнимым, когда он будет определять взаимодействие народов и отношения государств. И еще думать, нет ли чего-то еще, что окажется дольше, чем государство, и устойчивее, чем народ. Обычно говорят: вот, только это. Но вдруг ещё что отыщется.
ivanov_petrov: (Default)
Предположим, я рассказываю страшную сказку.
Вот были всякие греческие государства, Афины там, Фивы и прочий Коринф. Они меж собой воевали, интриговали, объединялись в союзы и предавали, целая история всего этого. Потом они даже объединились, но в составе других государств, и стали частью империи. а потом они уже были не совсем греки, зато полимперии стало греческими - и эта империя всё менялась, менялась, пока ее не завоевали, и тогда пришло столько совсем уже не греков, что даже странно и говорить, хотя часть людей всё ещё называла себя греками.

Но дело не в этом. Все эти разные страны почитали себя в круге древней литературы, созданной за сотни лет до всего этого. И эта древняя литература влияла на весь большой мир, и даже когда варвары строили западные королевства, и когда варвары объединялись в империи, и когда уже на карте не стало никакой греческой империи - всё это время происходящее в мире определялось тем, что было века назад написано в Греции. То есть, на греческом языке, никакой единой Греции, конечно, тогда не было.

Судьбы стран и государств - это одно дело, а то, что создает великую литературу - другое, и это живет и оказывает воздействие.

Но, конечно, история не повторяется. Вот жили разные германские племена, и то, что они образовывали, даже и государствами назвать нельзя. Постепенно и под римским влиянием из этого складывались какие-то управляемые единицы, но тут пришли воины с востока, и всё опять стало очень неясно. Длилась вся эта чехарда очень долго, но остались великие поэмы о Нибелунгах, и остались великие саги на севере. И потом, через века. постепенно сложился целый народ, для которого это было своим - хотя тут нацело не делится. И потом этот народ даже приобрел себе государство, хотя это было не к добру. Но всё это ещё длится, и там много деталей, и эта литература не оказала влияния, подобного греческой, там была совсем иная история.

История всегда иная, я только говорю - литература старше государств; литература влиятельнее их на длительных временах. В самом деле длительных. Стоявшие веками империи заканчиваются, и племена, их населявшие, меняются в составе. Но влиятелен язык, особенно - пока на нем говорят. И тут надо смотреть, что может передать язык. Может быть, у иного народа гениальный эпос, у иного - еще что-то. У греков была, конечно, еще и гениальная философия. Но история не повторяется, то. что пойдет в века от великой литературы - вот на что имеет смысл смотреть. И вот что имеет смысл укреплять, во что вкладываться. Конечно, по заказу великую литературу не напишешь, и даже боэциевы консервы не спасают положения. Всяко бывает, и чудесным образом греческую культуру передают через два промежуточных языка арабские консервы. Но все же чем более внятно изложено почти-современниками об этой литературе, чем более понято, воспринято и разъяснено - тем более это будет иметь влияния в веках.

И тут интересно думать об уже известном - вспоминая, что же это за литература, все ли помним и знаем из того фонда, которым будут так гордиться люди через века, когда он станет влиятельным и невосполнимым, когда он будет определять взаимодействие народов и отношения государств. И еще думать, нет ли чего-то еще, что окажется дольше, чем государство, и устойчивее, чем народ. Обычно говорят: вот, только это. Но вдруг ещё что отыщется.
ivanov_petrov: (Default)

Американская культура выработала свою собственную трактовку понятия «интеллектуал», приписывая такой личности, с одной стороны, активное участие в общественной жизни, а, с другой стороны, отказывая ей в каком-либо статусе в университетском мире. Следствием этого стало противопоставление интеллектуала и ученого.

Боррадори Джованна. Американский философ. 1999
Read more... )
ivanov_petrov: (Default)

Американская культура выработала свою собственную трактовку понятия «интеллектуал», приписывая такой личности, с одной стороны, активное участие в общественной жизни, а, с другой стороны, отказывая ей в каком-либо статусе в университетском мире. Следствием этого стало противопоставление интеллектуала и ученого.

Боррадори Джованна. Американский философ. 1999
Read more... )
ivanov_petrov: (деревья)
Есть такая очень простая теория экологического кризиса. Что вот себе работает сообщество, все сидят на своих местах, функции работают, продукт выдают и согласованно выживают. Потом начинается кризис и всё разрушается. Доверия нет, кто сдох, кто пропал-уехал, всё иначе, ничто не работает. Только к кому - а он уже не там, только на кого - а он уже помер.

Что тогда? Тогда начинают образовываться новые блоки сообщества по принципу нужности. Вот кто-то зацепился и что-то такое роет под собой и с того живет - живет, значит, устойчиво существует, он и завтра будет. Может, я ему нужен? Ему чего-то подгрести, от него что-то оттащить, так чтобы с этих операций что-то получить. Этого устойчивого можно кушать понемножку, можно жить в его тени, если необходима тень, можно залезть ему на голову и оттуда обзирать высоты. В общем, возникают разные социальные связи, с которых можно кормиться.

Так что при кризисе это самое главное дело. Совершенно не важно, что кризис, к примеру, не экологический. И не финансовый. И не экономический. Они же все структурно совершенно одинаковые. Вот, скажем, нас не волнуют эти пустяки и интересуют институты. Или право. Или ценности. Или утрата доверия. Да что угодно. Какой вопрос правильно задавать в случае кризиса этой самой .... ну, доверия? Всяких ценностей?

Кому я нужен? Может, помочь чего?

Кажется, так.
ivanov_petrov: (деревья)
Есть такая очень простая теория экологического кризиса. Что вот себе работает сообщество, все сидят на своих местах, функции работают, продукт выдают и согласованно выживают. Потом начинается кризис и всё разрушается. Доверия нет, кто сдох, кто пропал-уехал, всё иначе, ничто не работает. Только к кому - а он уже не там, только на кого - а он уже помер.

Что тогда? Тогда начинают образовываться новые блоки сообщества по принципу нужности. Вот кто-то зацепился и что-то такое роет под собой и с того живет - живет, значит, устойчиво существует, он и завтра будет. Может, я ему нужен? Ему чего-то подгрести, от него что-то оттащить, так чтобы с этих операций что-то получить. Этого устойчивого можно кушать понемножку, можно жить в его тени, если необходима тень, можно залезть ему на голову и оттуда обзирать высоты. В общем, возникают разные социальные связи, с которых можно кормиться.

Так что при кризисе это самое главное дело. Совершенно не важно, что кризис, к примеру, не экологический. И не финансовый. И не экономический. Они же все структурно совершенно одинаковые. Вот, скажем, нас не волнуют эти пустяки и интересуют институты. Или право. Или ценности. Или утрата доверия. Да что угодно. Какой вопрос правильно задавать в случае кризиса этой самой .... ну, доверия? Всяких ценностей?

Кому я нужен? Может, помочь чего?

Кажется, так.
ivanov_petrov: (Default)
Исследовательные артефакты
Вот была история.
Известный физик Алан Сокал опубликовал в постмодернистском журнале «Социальный текст» статью-пародию «Переход границ: к трансформативным герменевтикам квантовой гравитации».
Целью было - дискредитировать постмодернизм и тезис о социальных влияниях в науке. Потом Сокал опубликовал статью-саморазоблачение в более авторитетном журнале.
Об этой истории рассказывается в статье известного физика Стивена Вайнберга в Нью-Йоркском книжном обозрении.
Сокал использовал положения из публикаций Ж.Деррида, Ж.Лакана, Ж.-Ф.Лиотара и др., выстроив на них пародию. Read more... )
ivanov_petrov: (Default)
Исследовательные артефакты
Вот была история.
Известный физик Алан Сокал опубликовал в постмодернистском журнале «Социальный текст» статью-пародию «Переход границ: к трансформативным герменевтикам квантовой гравитации».
Целью было - дискредитировать постмодернизм и тезис о социальных влияниях в науке. Потом Сокал опубликовал статью-саморазоблачение в более авторитетном журнале.
Об этой истории рассказывается в статье известного физика Стивена Вайнберга в Нью-Йоркском книжном обозрении.
Сокал использовал положения из публикаций Ж.Деррида, Ж.Лакана, Ж.-Ф.Лиотара и др., выстроив на них пародию. Read more... )
ivanov_petrov: (Default)
Александр Панченко
http://www.strana-oz.ru/?article=1078&numid=24

Старость — это не только биологическая, но и социальная категория

В крестьянской традиции отношение к старости было более отстраненным и, на взгляд сегодняшнего горожанина, довольно равнодушным.

Устойчивой возрастной границы наступления старости крестьянская традиция не выделяла, хотя, как правило, стариками и старухами считали людей, достигших пятидесятилетнего возраста. «В Западной Сибири термин “старики” мог применяться к людям, достигшим 45–50 лет: если крестьянин женил старшего сына, он уже считал себя “стариком” и отделялся со “старухой” в особой комнате

Большое влияние на норму стариковского возраста оказывал тягловый срок: к его окончанию “подгонялись” традиционные представления о физиологических изменениях, выражавшихся в двух основных признаках — невозможность иметь детей и утеря трудоспособности.

В других районах податная способность не влияла на традиционные представления о возрасте: пожилые еще были вполне трудоспособными, но им уже было отказано в деторождении — либо потому, что с 50 лет считалось “грехом” рожать детей (и даже спать вместе), либо потому, что все их дети вступили в брак

В целом стариковская одежда приближалась к детской по целому ряду признаков: практическое отсутствие половых различий, запрет на новое платье даже в праздники, отсутствие каких бы то ни было украшений, необязательность штанов (для мужчин) и даже перепоясывания и т.д.

(C) [livejournal.com profile] zh3l
Read more... )
ivanov_petrov: (Default)
Александр Панченко
http://www.strana-oz.ru/?article=1078&numid=24

Старость — это не только биологическая, но и социальная категория

В крестьянской традиции отношение к старости было более отстраненным и, на взгляд сегодняшнего горожанина, довольно равнодушным.

Устойчивой возрастной границы наступления старости крестьянская традиция не выделяла, хотя, как правило, стариками и старухами считали людей, достигших пятидесятилетнего возраста. «В Западной Сибири термин “старики” мог применяться к людям, достигшим 45–50 лет: если крестьянин женил старшего сына, он уже считал себя “стариком” и отделялся со “старухой” в особой комнате

Большое влияние на норму стариковского возраста оказывал тягловый срок: к его окончанию “подгонялись” традиционные представления о физиологических изменениях, выражавшихся в двух основных признаках — невозможность иметь детей и утеря трудоспособности.

В других районах податная способность не влияла на традиционные представления о возрасте: пожилые еще были вполне трудоспособными, но им уже было отказано в деторождении — либо потому, что с 50 лет считалось “грехом” рожать детей (и даже спать вместе), либо потому, что все их дети вступили в брак

В целом стариковская одежда приближалась к детской по целому ряду признаков: практическое отсутствие половых различий, запрет на новое платье даже в праздники, отсутствие каких бы то ни было украшений, необязательность штанов (для мужчин) и даже перепоясывания и т.д.

(C) [livejournal.com profile] zh3l
Read more... )

Семья

Feb. 10th, 2011 08:19 am
ivanov_petrov: (Default)
...и вот поэтому... да брось ты... серьезно, просто не понимаете... это надо говорить иначе, начало разговора - изменение духа и души у людей в течение ХХ века... да ну, этак с адама... не надо мудрить.. ... ...

Прежде небо было синее, а флаги - красные. Мир был сравнительно прост, в нем было государство. Государство было работой, магазином, дорогой и автобусом, работало шофером и ментом, директором школы и тетечкой в метро, учителем и строителем. Везде было государство, при всем разнообразии накладывалось некое сходство, так что можно всё в кучку и сказать: вот это - государство. И еще были друзья, их было мало, это были особые люди, и они делали всё. Он слышали, понимали, вместе шли, куда нельзя, читали, обсуждали, танцевали и пели, ссорились и отчуждались, и это была целая жизнь.
А кроме этих двух была еще семья. Это трудно описать, сейчас всяко бывает, двое, к примеру, живут года три, детей нет, потом расходятся, один ушел к другому, а первый другой остался один, но потом найдет себе что-то другое, и вот это вот тоже называется семья, но тут речь о другом. Там были мама, часто - папа, бабушка, иногда - дедушка, там была семья. И в ней были дикой сложности отношения, традиции, заботы, обязанности, моральный долг, негласные обязательства, любовь, скандалы, ненависть, трудности, ты мне жизнь погубил и до чего же я тебя люблю.
Это всё было. Оно было, потому что его было немного, вот - всего три. Государство, друзья, семья. Работа была государством. Увлечения были либо друзьями, либо семьей. Развлечения были в семье или у друзей. Мало было чего и куда, и оно потому было таким.
Сейчас возможностей у человека воткнуть свой штепсель среди людей - неизмеримо возросло. Что угодно. Группы по обучению массажу и ролевые игры в Барад-Дур, не говоря о них худого слова. Изучение йоги с выездами в Гималаи и приезды Гималаев прямо сюда по отдельному знакомству. Музыка с санскритом и без, Гуссерль на дом за два урока, партнеры для траханья на час, сутки, месяц и три месяца по выбору с кефиром и без. С включением в психодраму, или успокоением, или совместной игрой будто мы в ракете и кроме нас никого нет, только вон тот осьминог, он разумный, весь похож на Хокусая, или будто ты вампир, или просто послушаем музыку и помолчим.
Всё есть, и многое другое, в любых вариациях. И что получается? Семья - это одна из форм общения между людьми, находящаяся в ряду множества других форм, от театральной труппы, где как раз только что решили тряхнуть... ну, в общем, поставить Шекспира, но только так, чтобы по ходу действия по сцене ходил Брехт и пояснял, что он об этом думает. Или дельтапланеризм, ничто так не свистит в ушах, как хороший этот самый. В общем, есть огромное множество форм контакта, можно выбрать именно тот спектр отношений, который лично тебя устраивает. Скажем, с теплым личном отношением и залезанием в чужую душу в болотных сапогах с тысячей нужных советов - есть те, кому это нравится, у них душа уже раскрыта и ждет сапог. Или с холодным деловым взаимодействием меж серьезных людей, без лишней болтовни. Или с необязательным трепом со знанием староанглийской поэзии. Как угодно.
Семья на этом фоне и в таком ряду предложений оказывается в плохом положении. Ведь всего-то - одна из форм, можно общаться так эдак и еще этакски, а она, семья, требует традиций, какие-то там непрерывные и невыбранные добровольно обязательства, моральные долги, обязанности и прочая тягомотина, на которую не соглашался, но она, как тараканы, заводится сама и душу тянет, травит и грузит.
И потому многие задаются вопросом: а зачем это вообще? Ведь рядом, в том же ряду - отношения на любой вкус и без того, чтоб ездили по ушам и грузили чепухой.

Семья

Feb. 10th, 2011 08:19 am
ivanov_petrov: (Default)
...и вот поэтому... да брось ты... серьезно, просто не понимаете... это надо говорить иначе, начало разговора - изменение духа и души у людей в течение ХХ века... да ну, этак с адама... не надо мудрить.. ... ...

Прежде небо было синее, а флаги - красные. Мир был сравнительно прост, в нем было государство. Государство было работой, магазином, дорогой и автобусом, работало шофером и ментом, директором школы и тетечкой в метро, учителем и строителем. Везде было государство, при всем разнообразии накладывалось некое сходство, так что можно всё в кучку и сказать: вот это - государство. И еще были друзья, их было мало, это были особые люди, и они делали всё. Он слышали, понимали, вместе шли, куда нельзя, читали, обсуждали, танцевали и пели, ссорились и отчуждались, и это была целая жизнь.
А кроме этих двух была еще семья. Это трудно описать, сейчас всяко бывает, двое, к примеру, живут года три, детей нет, потом расходятся, один ушел к другому, а первый другой остался один, но потом найдет себе что-то другое, и вот это вот тоже называется семья, но тут речь о другом. Там были мама, часто - папа, бабушка, иногда - дедушка, там была семья. И в ней были дикой сложности отношения, традиции, заботы, обязанности, моральный долг, негласные обязательства, любовь, скандалы, ненависть, трудности, ты мне жизнь погубил и до чего же я тебя люблю.
Это всё было. Оно было, потому что его было немного, вот - всего три. Государство, друзья, семья. Работа была государством. Увлечения были либо друзьями, либо семьей. Развлечения были в семье или у друзей. Мало было чего и куда, и оно потому было таким.
Сейчас возможностей у человека воткнуть свой штепсель среди людей - неизмеримо возросло. Что угодно. Группы по обучению массажу и ролевые игры в Барад-Дур, не говоря о них худого слова. Изучение йоги с выездами в Гималаи и приезды Гималаев прямо сюда по отдельному знакомству. Музыка с санскритом и без, Гуссерль на дом за два урока, партнеры для траханья на час, сутки, месяц и три месяца по выбору с кефиром и без. С включением в психодраму, или успокоением, или совместной игрой будто мы в ракете и кроме нас никого нет, только вон тот осьминог, он разумный, весь похож на Хокусая, или будто ты вампир, или просто послушаем музыку и помолчим.
Всё есть, и многое другое, в любых вариациях. И что получается? Семья - это одна из форм общения между людьми, находящаяся в ряду множества других форм, от театральной труппы, где как раз только что решили тряхнуть... ну, в общем, поставить Шекспира, но только так, чтобы по ходу действия по сцене ходил Брехт и пояснял, что он об этом думает. Или дельтапланеризм, ничто так не свистит в ушах, как хороший этот самый. В общем, есть огромное множество форм контакта, можно выбрать именно тот спектр отношений, который лично тебя устраивает. Скажем, с теплым личном отношением и залезанием в чужую душу в болотных сапогах с тысячей нужных советов - есть те, кому это нравится, у них душа уже раскрыта и ждет сапог. Или с холодным деловым взаимодействием меж серьезных людей, без лишней болтовни. Или с необязательным трепом со знанием староанглийской поэзии. Как угодно.
Семья на этом фоне и в таком ряду предложений оказывается в плохом положении. Ведь всего-то - одна из форм, можно общаться так эдак и еще этакски, а она, семья, требует традиций, какие-то там непрерывные и невыбранные добровольно обязательства, моральные долги, обязанности и прочая тягомотина, на которую не соглашался, но она, как тараканы, заводится сама и душу тянет, травит и грузит.
И потому многие задаются вопросом: а зачем это вообще? Ведь рядом, в том же ряду - отношения на любой вкус и без того, чтоб ездили по ушам и грузили чепухой.

Profile

ivanov_petrov: (Default)
ivanov_petrov

December 2016

S M T W T F S
    1 23
4 5 6 78 9 10
11 121314 15 1617
1819 20212223 24
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 08:32 am
Powered by Dreamwidth Studios