ivanov_petrov: (geo)
Понятно, что с некоторой точки зрения в истории случаются лишь действия индивидов, а все "обобщения" и "законы" - это некоторые приближения к происходящему. Но все же они есть. Скажем, эпоха падения Римской империи - конечно, в Средиземье много что происходило, но это был всеми замеченный процесс, длившийся столетия.

Один из процессов, идущих последние несколько сотен лет и особенно интенсивно - именно последние сто лет - это постепенное выделение России из Европы. То, что прежде было лишь частично обособленной частью, временами более, временами менее выделенной, сейчас все быстрее обретает собственную дорогу в будущее. Учиться будет труднее - сквозь такие барьеры чужие умения проходят с трудом. Ну, например, можно показать пальцем на уже практически утраченное умение - видимо, уже никогда не получится наладить своими силами на данной территории экономику (в отличие от того или иного "хозяйствования"): умение выстроить экономические отношения тут не возникнет (хотя при нынешнем умении называть экономикой решительно всё понять эти слова, может быть, не так просто). Насколько можно понять, достаточно скоро многие классы интеллектуальных продуктов тут будут только завозные и на чужой почве плохо живущие.

Можно подумать, что может быть создано в истории вне этих важнейших групп умений. (Разумеется, раз речь о длинном времени, надо настроить оптику - речь о веках будущей истории, а не о годах истории ближайшей.)
ivanov_petrov: (geo)
Еще одна сторона сращивания магии с современной наукой отображена в статье Екатерины Зори. Привычные ходы мысли выглядят так: что происходит фальсификация науки, делается некая псевдонаука, которая обманом как бы подтверждает что-то мистическое. Здесь речь идет о совершенно иных делах, поскольку не касается естественных наук. Речь об истории. Религии и верования имеют историю, религиозные организации и движения имеют историю. И эта история является синтезом того, что можно назвать научной историей, и истории внутренней, магической, в пределе - полученной в откровении, или взятой из мифа. Соотношения этих компонентов могут быть очень разными, причем внутри самих религиозных движений идет борьба - в каждом своя - о том, какую историю следует считать истинной и почему. Причем эта история неотличима от истории личной и истории малых групп, и потому полностью необъективируема, из-за этого возникает множество проблем, которые так или иначе решаются, причем есть движения, предпочитающие научную версию истории, движения, которые осознанно выбирают себе мифическую историю, и движения, которые делают научную историю основой мифа - в общем, любые мыслимые варианты.
Read more... )
Тут есть интересные продолжения. Многим людям будет достаточно сказать, что "это их внутреннее дело", иными словами - плюнуть и отмежеваться, мол, мало ли как у сектантов, у нас все иначе. Но даже не переходя к истории господствующих церквей и истории мировых религий, можно указать и на другие очевидные вещи. Например, история науки ничем не отличается по своей методологии - там тоже сплетение с личной историей и историей малых групп, необъективируемость результатов и полный набор прочих трудностей. Понятно, что история науки - это то, без чего обойтись практически не получится, любой, самый оголтелый сторонник полностью объективного знания просто не сможет выстроить концепцию общества (не науки, а общества), живущего таким образом - то есть история науки от науки неотделима и нынешняя, какая есть методология подвязана на веревочках именно по нужде - без нее никак. Попытки строить историю архивов, точных дат и документов - это, как ясно из истории "большой истории" - паллиатив, метод XIX века, с этим смешно выходить на рынок больших идей, а больше там почти ничего нет. (Понятно, что дело не в том, что точные даты - это плохо, а только о том, что этого недостаточно).

То есть самые острые области - новейшая история и история современности, история науки - непосредственно граничат по своим вопросам, проблемам с такой странной областью, как история магии и религиозных движений. Что там удастся найти и что будет работать - окажется работающим и в том, что представляется более актуальным, что там провалится - будет бито и здесь. Это - не периферия научного знания, а полигон, где испытываются способы познания. Именно с этой точки зрения интересно смотреть на исследования в этой области.

Причем приятно, что не надо даже специально никого заставлять. Историки могут, в конце концов, не заниматься историей оккультизма и религий - история этих областей все равно будет делаться адептами и сторонниками, они все равно захотят понимать, откуда пошли их мировоззрения и социальные институты. Понятно, что эти "адепты" - такие же люди, как и все прочие, как ученые, так и неученые, и никто из них специально не заинтересован, чтобы сделать плохо, все стараются в меру сил сделать хорошо. То есть они будут делать свою историю настолько умно, правильно, достоверно и т.п., насколько могут - как и профессиональные историки. И будут совершать бесчисленные ошибки (уже, собственно) - (как и историки). Что будет получше, какое именно сращение методов объективных и не вполне, мифических с пониманием и объективных без оного, с учетом документов самых свежих и с большей опорой на традицию, - весьма интересно. Если угодно, это можно всё переформулировать очень остро и актуально - про Боинг и Украину, про революцию и английскую разведку, про последние публикации на сайте и репутацию этого сайта, где были фальшивки, про высказывание эксперта и журналиста, который сам видел документы, и его репутацию. Но чтобы не так жглось в руках, вполне можно говорить об истории оккультизма, в веке ХХ и предшествующих.

Как тут действовать? Ступать надо крайне осторожно, вокруг полно... как это в "Зоне", то есть в "Пикнике на обочине"? Блеклых пятен, кучи тряпья, напоминающего, что был такой Штырь, и нет Штыря, а умным людям показано - не ходи там, плохо будет.

Так-то решений полно. Ignorabimus, опять же, никто не отменял. И того, что написать личную историю, то есть историю человека, не обращаясь к категории "смысла" - невозможно.
ivanov_petrov: (geo)
переплетаются с таким количеством разных тем, что и высказать нельзя. Тут и история монашеских орденов, и судьбы греческой философии, и латинский язык, и... Ну какая история образования без иезуитов? С другой стороны - что сейчас считается общим местом, а меж тем пришло как обязательное именно в связи с иезуитскими правилами воспитания, что м считаем само собой разумеющимся, но было придумано... Мир живет, не зная происхождения идей. Или латынь - язык, грамматика которого веками служила материалом для того, чтобы уметь думать, это было естественное дело - люди учили такой всемирный язык знания, и в процессе выучивания языка постигали, что такое логика и правильное мышление. А потом от этого языка отказались и возникла интересная ситуация - все по-прежнему были убеждены, что умеют думать, между тем думать умели лишь те куски латыни, что случайно засели в головах, вне этих кусков мышления в большинстве голов не наблюдалось - никакого, ни общего, ни индивидуального, так, всего лишь потребности с нехитрым набором средств, какое уж мышление.
Это история XVIII-XIX вв., а потом пришел другой мировой язык знания, а он ведь очень существенно отличаетя от латыни. И где бы прочесть, как мыслит новый мировой язык - считается, что это и так понятно. Но каждый язык внушает собственные способы мышления, а также несет с собой историю. История мысли, образования и науки переосмысливается, то, чем прежде была греческая мысль, теперь меняет положение, и достаточно периферийная история островной науки стала теперь центральной темой, наука как бы с самого начала оттуда и началась. Появились новые сюжеты, иначе выглядит конец Средневековья, появились свои новые начала и свои закономерности развития - которые лет через триста начинают копировать как всемирные. И это само по себе ложится в основу истории рациональности - из чего она складывалась, как рождались привычные сейчас "общие" и "обязательные" черты - про скептицизм, прагматизм и пр. А сейчас опять меняется прошлое, рациональность прописывается уже совсем иным образом. Надо полагать, что через какое-то время будут писать историю науки уже иначе, там будет о возникновении сетевых структур и биг-дата, и эта новая рациональность будет переплетена уже совсем с другой историей. Но это будет потом.
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
XXI внешняя деятельность во многом становится поиском инструментов для все более совершенной обработки информации. Космическая ракета нужна для вывода на орбиту спутников, обеспечивающих интернет повсюду.
XXI инфантилизм = наивный прогрессизм, закрывание глаз на плохое и неприятное, неумение терпеть и «держать удар». Вера в то, что вместо «за всё надо платить» настал сплошной «win-win». = неумение терпеть - от нежелания терпеть. Полной утери понимания, зачем это может быть надо. Ценность комфорта.
XXI толерантность
XXI позитивизм
ХХ безоговорочное доверие науке
ХХ вера в самодостаточность человека
ХХ Позитивизм
ХХ Социализм. Не умеют его пока думать, а лезут.
ХХ Концепция "цивилизованного мира"
ХХ воспитание "нового человека" как простой путь и связанные с этим надежды на революционные изменения.э
ХХ убеждённость в своей национальной избранности...
ХХ тенденция к постоянному подъему формальной планки всеобщего обязательного образования. Как и почти все массовые глупости, представляет собой продолжение вполне здравых идей: 1) есть социально важные умения, которые в общем случае не осваиваются "по ходу дела" - им надо специально учить; 2) среди этих умений есть такие, которыми должны владеть все более-менее здоровые и дееспособные члены общества и 3) тот, кто отдал целенаправленной учебе чему-либо, скажем, пять лет, знает и умеет больше, чем тот, кто учился только год. Плюс идея социального "равенства стартовых возможностей" - сама по себе тоже вполне неглупая.
ХХ обработка информации рассматривается как инструмент для внешней деятельности. Грубо говоря, компьютер нужен, чтобы рассчитать полет космической ракеты.
ХХ устранение детского труда
конец ХХ Дробление и приватизация "естественных монополий", разделение, вынос на аутсорсинг и т.п. Глупость действительно - не фундаментальная, не глубокая. Однако она представляет собой срез более общей и глубокой глупости, пожалуй, действительно "глупости века". Примерно так: "Успешный общественный организм должен быть построен из успешных элементов".
XIX спиритизм
XIX капитализм
XIX Концепция "цивилизованного мира"
XIX воспитание и воспитуемость
XVIII возможность абсолютной власти
XVII наличие некоторой отдельной от всего природы человека
XV Ренессанс
ivanov_petrov: (elephants)
Есть известная история. В Питере к стоящему на посту полицейскому подходит японец и спрашивает: Нияси коэдзуме дэй амото охира ки ламо кока-кола? После пяти минут раздумья полицейский вежливо переспрашивает: Прошу прощения, Вы спросили — где найти в этом печальном заснеженном городе баночку чего?

Вернувшись из печального дождливого города и являясь давним нелюбителем кока-колы, предложу вот что — объяснение о первых советских экспедициях, о их масштабе и причинах, о результатах и условиях — о тех, ну, вы знаете, героических, когда в 1919... 1922... 1926... отправлялись и впервые описывали. Фауну там чего-нибудь или геологическое строение советских недр.
Что объяснение верное — врать не буду, не проверял. Историю про японца и полиционера в Питере тоже не проверял и не верю. Но — она должна быть, согласитесь. Ну вот. Этим промозглым дождливым вечером...
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)

Позитивизм невозможен. Это просто глупость целого столетия.

http://0nomatodox.livejournal.com/46271.html

Такая цитата. Собственно, не для спора. По крайней мере, я бы спорить против сторонников позитивизма не хотел, надоело так, что просто кушать не могу, но если у кого большое желание - нет проблем.
Но я другое подумал. Меня впечатлило выражение (претендующее на правдоподобность) "глупость целого столетия".
...Век суетных маркиз...
Да, так я к тому, конечно, чтобы написать - для каждого века свою глупость. Одну на век, конечно (когда одну книгу на необитаемый остров - трудно же выбрать, верно? Ну во-от, тут тоже трудно)

И, конечно, глупость - интеллектуальную недоработку, не что-то, кажущееся неудобным. К примеру, кто будет про какой-нибудь десятый век полагать, что глупостью века было отсутствие пуговиц и завязывание всей одежды на веревочки, тот не попал.

И, конечно, надо нечто величиной с век, хотя бы примерно. То есть какую-то местную, для одной страны характерную глупость, даже выдающуюся - не надо, именно что для века. Ладно, доказывать, что это нечто было характерно для каждой страны Африки не надо, но чтобы "цивилизованный мир" в самом деле этим болел весь, а не какая-то там традиция местная. Что-то характерное, чтобы века можно было действительно узнавать по этому карикатурному изображению, по индивидуальной, свойственной веку форме глупости
(c) [livejournal.com profile] zh3l
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Мне кажется, список образов мира, которые популярны у современных людей, не так длинен. Я имею в виду не те, что нравятся (но плохо представимы), а то, что как раз в деталях представляется (хотя, может быть, и нежеланны). Вот постапокалипсис - вряд ли для многих желанный образ мира, но очень популярный (да, я знаю, что многим и желанный и мечтаемый).
А стимпанк? Один из самых популярных образов, а почему? Дело в англофилии? В тяге к XIX веку? а почему к ним?

Я недавно спрашивал подобную вещь про зомби - почему они так популярны? Большинство отвечающих по делу мне рассказали о популярных фильмах - том, этом, другом, с которых и началась мода. Для меня это ответ совершенно безумный. Как если бы я спросил - отчего человек вытачивает на станке такие-то детали? а мне в ответ: потому что он подошел к станку. Включил его. И, конечно, взял такую-то заготовку, а когда ты у такого-то станка и в руках эта заготовка - разумеется, ты вот это делаешь.

Ответы про то, что запустило какую-то моду - это совершенные неответы, потому что отвечают на другой вопрос. Поэтому мне не интересно про Блэйлока и Джетера, про Мьевилля, про пародию на киберпанк, про само название.

Ладно, тут давняя проблема, и с ней ничего не сделать - люди берут ближайщие действующие причины и искренне считают, что нечто объяснили. Для некоторых людей указание на (ближайшую) причину самым искренним образом является синонимом понимания, для меня - нет, и указать на фильм, который послужил началом моде, для меня - просто (лишняя) деталь при вопросе, почему есть такая мода.

И вот есть, скажем, мир вампиров, есть мир зомби, постапокалипсиса, и есть стимпанк - и таких миров не так чтобы очень много, именно они популярны.

Что такое стимпанк, почему он популярен, в чем его особая точка - я понять не мог. И, может быть, и сейчас не могу, но зато отыскал рассуждение, где отмечается эта особенная точка с совершенно иных позиций. Это интересно - когда соврешенно иное рассуждение, ставящее далекие задачи, вдруг отмечает как особенную ту точку на временной шкале, которая вызывает вопросы.

Дальше цитата из текста: А.И. Зайцев. Общеисторическое значение возникновения науки в Древней Греции в ходе культурного переворота.
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
"Культ французской революции - это первая религия молодого русского человека; кто из нас в тайне не хранил портрты Робеспьера и Дантона" Герцен

Я помню еще людей, у которых таким примером-лейтмотивом был пример с Великой революцией. Но трудно объяснить наружу, как это использовалось. Попробую так: нет, это не образец, к которому все сводилось. Дело в ином. Для мышления нужны примеры сложности. Они берутся из очень хорошо известных на опыте сложных ситуаций. Ну, вот хотя бы так: самый известный способ запоминания наизусть - привязывание последовательности слов к другой, очень хорошо знакомой последовательности. Как у Шерешеского: я, мол, как бы иду по Невскому, который знаю до мелочей, каждую выщерблину в тротуаре, каждое окно и лепнину - и расставляю новые незнакомые слова по этим вехам, а потом иду обратно и собираю эти слова. Так вот, простые ситуации запоминаются "сами", а при столкновении с чем-то сложным люди обычно используют (по крайней мере, поначалу) свой опыт обращения со сложным. И тут нужно, чтобы этот опыт был.

казалось бы, сложностей и без того у каждого навалом. Но важно, чтобы ситуация была... нет, не решена - действительно сложные ситуации решения не имеют - чтобы она была артикулирована. Чтобы были внесены в нее понятия, которыми ее описывают и решают. Личный сложный опыт - это часто непроговоренный комок, нерасчлененный, без слов. Даже выделить его части, назвать их - очень трудная психологическая работа. И называют там нечто "своими" словами, из личного опыта, когда только говорящий понимает, что это значит - как детские прозвища. А для работы со сложным, для его продумывания надо, чтобы уже было проведено расчленение ситуации на объекты, действия, акторов и пр., чтобы были использованы слова, которые поймут окружающие. Тем самым это могут быть почти только общезначимые примеры, вовсе не из личной жизни.

Дело не в том, из какой области берется опыт. Да, если пример про революцию, то с его помощью леге обсуждать социальные процессы, но каждый такой лейт-мотивный пример организует широкие области сложных ситуаций и на деле используется для решения очень разнообразных проблем.

Боюсь, что одного примера с Великой революцией будет мало. Для людей 1970-х годов - для многих - это было то, о чем говорил Достоевский в Бесах, дело Нечаева, проблема революционного террора. То, о чем книги Ю. Давыдова. Как террор перерождает террориста и чистое общественное движение, как насилие сказывается на обществе. Это был хорошо известный, в многих книгах разобранный пример, и можно было его использовать - стоило маякнуть одной-двумя фразами, и собеседник понимал, какие парадоксы, проблемы, трудности имеются в виду. И тут важно: нет, дело не в сигнале. Тут легко сбиться на просто сигнальную функцию - когда мелодия напоминает о фильме, фраза о поэме - но я не об этом. Дело не в том, что длинный текст обозначается коротким знаком - дело именно в сложном примере, хорошо всем известном, и на эту сложность можно легко сослаться - не на текст, а на сложность.

Или, скажем, примеры у экономистов - один хорошо разобранный пример (скажем, о маяках) аменяет множество слов - хотя маяки - довольно необычные объекты и трудно сказать сразу, что на них похоже, тем не менее в профессиональной коммуникации это такой лейтмотивный пример, сразу после упоминания становится ясно, о чем речь, какие там были проблемы, как были решены, почему не сразу нашлось решение. Свои примеры есть у психологов, они разнообразны - одни из амых известных - сказочные архетипы. Если сказать, что у человека проблемы Золушки или там еще кого - очень многое сразу становится понятным. Для тех, кто не просто читал сказку, кто вживался в архетип Золушки, много об этом думал, разговаривал с другими - создавал шаржи, варианты, пробовал смотреть на историю с позиций разных персонажей, пробовал "не верить" чьей-то версии, пробовал узнавать эту историю в передаче разных заинтересованных сторон. Тогда для него есть много всяких трудностей и сложностей, с которыми он разбирался на этом примере. Это не значит, что он всё и всегда сводит к Золушке - это значит, что он приемы обращения со сложностью выучивал на этом примере. Есть модные общегуманитарные примеры - Другой, Граница и т.п. - тема, звучащая тысячью книг, сказанная с разных сторон знаменитыми авторами, так что понятно, что другой - это не просто Другой, а... вплоть до совсем наоборот.

Такие примеры есть и в самых разных естественых науках. Есть классические примеры сложных эволюционных сценариев или трудностей с классификацией, и специалисты используют их - они часто служат в статьях введением в тему, как бы напоминается - вот была сложность, там понятно какие были проблемы, помните? так вот, сейчас другой пример, связанный не более как с мотивом.

Так вот, возвращаясь к примеру Герцена. Ясно, что в разных специальных разговорах и отдельных науках есть хорошо разработанные примеры сложных проблем. Но среди этих лейт-примеров есть такие, которые в какое-то время получают особенно широкое хождение. Как для советского времени были характерны примеры Французской революции и дела Нечаева. Конечно, не только они, были и другие, и наверное в разных кругах разные. Интересно знать, какие примеры в какое время и в каких кругах служат такими образцами сложности. Разобранными, проговоренными, популярными, многим известными, к которым легко свести какой-то прием или ситуацию.

Может быть, кто-то захочет сказать, какие лейт-примеры сложных ситуаций с его точки зрения популярны - когда и где. Про времена Герцена уже у читателей этого блога узнать трудно, но вот какие сейчас ходят примеры? Или в недавнее время - и среди кого? Что использовалось для пояснения сложной ситуации? Может быть, это какой-то очень известный конфликт или ситуация из фильма, или из книги, или еще что-то?
ivanov_petrov: (geo)
Сейчас везде много ммм... людей, назовем их экспертами или аналитиками, они рассказывают разные оригинальные версии истории последних десятилетий. Всякая конспирология, Ротшильды, кто кому гадит, как именно все было спланировано и пр. Обычно это опирается на некоторые очень детально излагаемые (или подразумеваемые) истории, которые знать неспециалист просто не может. И потому можно - по вкусу - либо всему не верить, либо верить, но всегда без знания, на что же то или иное мнение опирается.

В таких случаях очень нужен "честный мейнстрим", то есть некоторое общее представление о состоянии дел в данной области знания. Точно не самое оригинальное, точно не маргинальное, а этакое среднее и устоявшееся.

И вот вышло двухтомное издание по экономической истории Европы последних веков. Это в серии Кембриджских монографий - гарантия качества. По уровню это примерно учебник для студентов, то есть нечто достаточно простое и дидактическое, в то же время со ссылками на то, как именно что получено и откуда берется. Эти тома по истории основаны уже почти целиком на клиометрии - то есть тут мнения основываются на статистических данных, таблицах, измерениях и расчетах, а не на том, что кто-то в воспоминаниях что-то такое сказал. Это относительно новый стандарт исторического знания, и тут он развернут от корки до корки - практически все, что говорится, обосновано теми или иными данными, почти нет "мнений" - только гипотезы о данных, обычно несколько, и с объяснениями, какие факты лучше объясняются какой из гипотез. И с частыми признаниями: а вот этого мы пока не знаем, удовлетворительных объяснений нет.

Поскольку это книга, вышедшая на английском в 2010 году, данные довольно свежие, гипотезы современные. Поскольку это учебник для студентов, никаких особенных чудес ждать не надо - тем и ценно, что это именно качественный внятный уровень, на котором излагается история Европы нынешним европитянам. При желании можно показывать пальцем, под какие складки текста закатаны неудобные вопросы - где не упомянуты имена и персональные истории, где не рассказана интрига и т.п. Кроме того, история доводится до 2007 г. Это позволяет авторам держаться некоторого ориентира: история рассказывается так, что лучшая в мире модель экономики - США, на которую можно только равняться и у которой нет серьезных трудностей, никаких следов недавнего кризиса нет и вообще главное в современной экономике - это гибкость и свободная торговля. То есть никаких сюрпризов тут нет, и никакой критики этой точки зрения тут ждать нечего - но зато можно посмотреть, как же рассказывается честным образом история Европы. Честным - потому что авторы - серьезные люди и, конечно, не врут. Что же до ошибок, то об этом каждый может иметь собственное мнение. Мне кажется интересным, что среди довольно ожидаемого изложения вдруг да и объявляются довольно неожиданные для читателя-неспециалиста моменты - которые, оказывается, совершенно общее место у профессионалов. И на которые тем самым нет смысла удивляться. Кажется, относительно такого же самого общего представления о последнем веке, которое имеется у большинства граждан России, довольно много неожиданного.
Read more... )
ivanov_petrov: (spectacles)
Я тут вспомнил в связи с происходящими среди меня событиями.
Давно было, я тогда учился где-то классе в восьмом. Вечером шел от дома по дорожке, она вела вдоль забора детского садика, потом резко поворачивала. Зима, сугробы по пояс вдоль дорожки, часов десять вечера и потому совсем темень, фонарей нет. Дошел до угла, сделал шаг - и дальше оглушительная боль, полет и ничего. Пришел в себя - лежу в сугробе. Очень болят спина и локоть. Вокруг никого. Ничего не взято, да у меня ничего и не было. Стараясь не разгибаться, шипя, как-то задом выполз обратно из сугроба, прижимая локоть, побрел домой. Видимо, по ошибке.
Ну вот. Глядя в глаза судьбе, надо сказать: не на того напали!



Еще почти так же я вспоминал старый порядок. Тот старый, который помню, из времен моего восьмого класса, и тот Старый порядок, из книги Токвиля, с конца которого началась Новая история. Тоже ведь не на того... Каждый раз Старый порядок оказывается омерзительным и невыносимым, пока он есть. А потом, когда уже нет, он кажется наивным, и все его мерзости какие-то детские по сравнению с жестокими новыми временами.
ivanov_petrov: (geo)
Недавно ряд осуждающих рецензий получила книга Животовского, который, насколько можно понять, пытался объективно разобраться, что же происходило, но в результате его книга воспринята как новое наступление лысенкоизма.

Вышла новая книга. Шаталкин А.И. 2015. Реляционные концепции наследственности и борьба вокруг них в ХХ столетии. Книга очень многоплановая, и если относительно содержания первых глав я хоть что-то понимаю, то чем дальше от форзаца, тем меньше мне понятно, так что я и пересказать толком не смогу то, что ближе к нахзацу. Но думаю, что всем, кто интересуется "что это было" и как относиться к лысенкоизму, эта книга будет очень интересна. Автор стоит на позиции: надо объективно и спокойно разобраться, кто был прав в научном споре, а потом так же спокойно понять, что еще было примешано к этому научному спору. Результат спокойного разбора такой.
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
По замыслу книга крайне интересная. Как происходит процесс заимствования? Он идет на нескольких уровнях, одно дело - заимствования цивилизационные, другое - культурные, технологии заимствуются по иным правилам, науки еще по иным. Идет очень сложный процесс, в общем виде это каждый раз взаимодействие текста и контекста, но многобразие процессов необычайно, и сплетения конкретных стадий - соотношения цивилизационной, культурной составляющей двух стран, правовой, религиозной и т.п. - создают уникальность для каждого случая, и никогда про Японию не скажешь, что это просто такой редуцированный Китай. А Россия минимум дважды проходила этап сильнейшего, формирующего дальнейшую историю заимствования. Накопляются ли какие-то привычки к заимствованию? Или все как в первый раз? Если разные способы? Может быть, одни более приобыкают заимствовать технологии, другие, напротив, что-то философическое?
Россия, кажется, в отличие от Японии заимствует идеологически. Она "придумывает" того, у кого заимствует, придумывает целую идеологию - и внедряет в себя эту придуманную идеологию как нечто чужое, заимствованное. Возникает множество нескладух - несоответствие с тем реальным, откуда заимствовали, несоответствие разных частей придуманного друг с другом, несответствия с реальным положением дел и вообще все и всяческие несоответствия. А у всех ли стран заимствования идут в такой манере? а нет ли типологии заимствований, приемов и способов?
В общем, вопросов - множество. Тема - замечательная.
А книга... Меня она разочаровала. Всего вышеспрошенного там нет. Автор работает в рамках своей специализации и своих интересов. У меня получилось лишь подумать, какие бы вопросы хотелось поставить и какие ответы услышать, если б столько труда и таланта были направлены на что-то более близкое сердцу читателя. С другой стороны, автор пишет, что хочет, а это уж воля читателя - жаловаться, что он хотел другую книгу. Автор - прекрасный филолог, но историком он быть не хочет.


Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Ольга Тогоева
«Истинная правда». Языки средневекового правосудия. 2006 Наука
http://www.e-reading.by/bookreader.php/1025858/Togoeva_-_Istinnaya_pravda._Yazyki_srednevekovogo_pravosudiya.html

Книга о средневековоом правосудии. Дело, в общем, вполне ожидаемое, хотя надо отчетливо представить, что многие странности и наивности того суда определялись вовсе не тем, что судьи были непременно глупы и чего-то совсем не представляли. Скорее, люди, которые судили и которых судили, были несколько иные, чем сейчас, и потому легко приходящие нам на ум слова у них просто не рождались.

Многие вещи тут сказаны как само собой разумеющиеся, они такие и есть - не вчера открыты, но стороннему читателю не вседа легко представить, скажем, прогрессивность инквизиции. Важно уловить точку отсчета - до того был Божий суд, это была вповсеместно применяемая практика, и вот ей на смену как особенно передовая приходит практика инквизиции. А старые добрые традиционалисты еще веками пытаются сдвинуть дело опять к Божьему суду.

И те странности... Скажем, что боль от пытки была не самым страшным для зключенного. Во многих случаях лишение одежды и привилегий било больнее, доводило почти до сумасшествия. То есть снять с человека штаны - это было страшнее, чем пытать. Вообще про одежду... Показывает степень бедности общества. Одежду тогда называли в числе особых примет - человека могли год и два искать, согласно указанию, какой у него плдащ или штаны - то есть всем было ясно, что сменить одежду - это дело редкое в жизни, человек своими одеждами выделялся и запоминался, это почти часть тела. И лишение тела одежды, оружия, привилегий - было самым ужасным опытом, человек вне этих вещей себя не мыслил, он становился другим. И он не представлял себя в одиночестве - вырванный из привычного окружения, он и в самом деле становился другим, непривычное условие - насильственное одиночество. Люди были там, где они себя чувствовали - в тюрьме, и то, что мы теперь называем воспоминаниями, было для них исчезнувшим миром, они больше не были теми, которыми были до тюрьмы.

Эта длинная история европейского суда имеет определенное отношение к развитию науки. Вся судебная процедура шла к тому, чтобы сделать из человека объект права. И разные странные процедуры и требования судей были проявлениями этого длинного процесса - когда человека начинали последовательно мыслить в качестве объекта права. Да, а когда это стало общим местом и в голове цивилизованного человека вполне улеглось - вот тогда и возникла фигура незаинтересованного свидетеля, нейтрального наблюдателя, непрофессионального, но точно фиксирующего, что на самом деле произошло. Тогда возникла эта удивительная фигура, которая может проделывать самые странные вещи - скажем, поставить стул в окрестностях черной дыры и сообщать читателю, что именно она бы наблюдала, сидя на этом стуле, если бы этот мысленный эксперимент происходил. Или совершенно обычная штука - что бы наблюдал современный человек, если б он оказался в мезозое, которого уже нет - но если б в это "нет", в несуществование попал бы родившийся 24 года назад человек, он бы, конечно, увидел... Родом наблюдатель из судебного процесса, он мыслился как помощник судей, с помощью незамутненного его взгляда потом утверждалось понятие факта.

И к этому тоже имеет отношение суд и пытка. Факт - это правда, а правда мыслилась очень разным образом. Как раз в Средние века шла некоторая эволюция, которая привела к постулату: то, что обвиняемый говорит под пыткой, и есть правда. Даже когда человек, боясь пытки, давал чистосердечное, его все равно посылали под пытку - для проформы, потому что только тогда его слова можно было записать как правдивое признание. То есть не только под пыткой говорят чистую правду, но даже и наоборот - без пытки сказанное не является чистой правдой.
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Имеется ходячая история, родом из Средних веков - как папа короновал императора ногами. Вот так, да, сидел на троне, ногами держал корону, ногами водрузил ее на голову королю. А потом ногой же и сшиб эту корону, чтобы показать, что королевская власть - ничто перед властью папы. А потом кардиналы поднимают эту укатившуюся корону и уже руками (кардиналы же) усаживают ее на голову королю. Мол, таков обычай коронования у пап, что делать, такие обычаи.
История эта рассказывалась несчетно и вошла в разные хроники и рассказы средневековых писателей. Вместе с историей о папессе Иоанне и прочими такими делами.

Это что вообще такое? А вот. Бойцов проясняет, откуда эта вся штука происходит. Кратко говоря, это не идеология (хотя идеологии там полно, конечно, ясно, что эти истории рассказывались "за папу" или "против папства"), это не художественный свист, не романы и развлекательные истории, это не ошибки. Это - бугиале.

Особое искусство придумывания лживых историй. Процветало в папской курии прежде всего, но также и при больших королевских дворах. То есть там имеется номенклатура, люди, которые десятилетиями работают в этом большом бюрократическом учреждении, сменяются папы, императоры, а они ведут свое делопроизводство на вверенных участках. И они свои, они понимают и помнят. И все время вокруг новые люди, они приезжают издалека, знатные туристы, богатые и влиятельные - сейчас - в очередной раз жадно пытаются прознать, проникнуть, внедриться. Ну что же, нет ничего легче. И эти старые волки рассказывают им разную чудесную лажу. Несколько соревнуясь меж собой, кто лучше и нахальнее, остроумней, совершеннее соврет. Потому с легкостью подтверждают рассказы других (а как же? конечно, знаю эту историю, вам отец NN рассказал? ну конечно, конечно, помню, там еще вот какой был поворот..). И врут свое, стараясь обойти. Идиоты верят и пишут свои искренние воспоминания об интригах при дворе.

Высокое искусство. Немногие могут его практиковать. Это можно было поймать в некоторых околооккультных кругах (где старые опытные люди подтрунивали над неофитами, рассказывая небылицы о подвигах друг друга), в некоторых старых учреждениях. Обязательное условие - круг старожилов и сменяемая среда неофитов, авторитет среди которых деды поддерживают, в частности, знанием этого фольклора, ими же и сочиняемого. Появляется в иерархических и высокобюрократизированных средах, в армии, да что в армии - практически в любой больнице в раньшие времена можно было это застать - лежащие в палате "вот уж третью перемену блюд" рассказывали об обычаях этой палаты (отделения) вновь поступившим. А когда это не месяцы держится, а десятилетия - уу, такое бугиале... Сами понимаете, если к этому можно подключить прессу. Ох. То есть когда такого бюрократа-шутника обхаживает тот, о ком известно, что он хронист и все это запишет в свою провинциальную хронику, - тут такие истории рассказываются, что история плачет, сожалея, что у нее такого не было.

Бойцов М.А. Величие и смирение. Очерки политического символизма в средневековой Европе. М. Российская политическая энциклопедия. 2009. 550 с.
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Голдстоун Дж.А. 2014. Почему Европа? Возвышение Запада в мировой истории. 1500-1850. М.: Издательство Института Гайдара. 300 с.

Короткая книга, ставящая целью собрать новые тенденции в осмыслении истории. "Сухой осадок" прежнего этапа исторического знания был преимущественно марксистским, с положенными ему легендами об общественных формациях, классах и т.п. С тех пор много чего случилось, и вот новый итог.

Дальше цитаты - развернутый ответ на вопрос "Как вы достигли таких успехов?..", то есть "Почему Европа такая замечательная и всех обогнала?" Интересно, что ответ, может быть, и не марксистский, но домарксистский - это совершенно та же линия развития мысли, просто пришлось отступить в домарксовы времена. Сил сделать шаг дальше не нашлось. Дело в том, что если совсем кратко, что удается сказать теперь, спустя весь ХХ век, который уже из сил выбился, бия человечество лопатой по морде для вразумления - что все дело в технологиях, а потому в науке. Историю людей ведет материальный прогресс, он основан на науке, значит, причинная цепочка проста - кто первый открыл науку, кто ее догадался развивать - того и тапки. Значит, чтобы читать будущее, надо фантазировать по поводу дальнейших шагов технического прогресса. И нет вопросов важнее, будут ли бороздить космические корабли Большой театр или поднимет ли давно ожидаемое восстание искусственный интеллект. История есть последовательный ряд машинок, исторический музей будет перегружен рядами автомобилей, демонстрирующих прогресс. Совершенно замечательная по незамутненности картина.

Переход к обычному марксизму довольно прост - достаточно ввести понятия базиса и надстройки. То есть 2014 год, и всё по анекдоту - "нешто вам батюшка-царь не разрешал пирожками торговать..." Только вот это в мировом масштабе итог, вовсе не в российском.

И там есть интересный момент, вишенка не главная, но вкусная. Ведь если так, если технологии, если вот это вот понятное современному просвещенному муму и есть ведущая сила человеческого развития - то образец немного иной. Прежде все больше Древней Грецией клялись, а тут потихоньку расцветает новый образ: великая Шотландия. У кого экономисты с невидимой рукой? У кого инженеры с паровым котлом? Образ современный, политически грамотный - бедная Шотландия, задворки Европы, сделала мировую историю. Кстати, у нас - Лермонтов, полагаю, историю русской литературы надо подрихтовать, и впишемся.

Конечно, книга - популярная, легко сказать, что "серьезные историки" думают совсем иначе. Конечно, есть и такие, это ж всегда так. Но все же грамотное, довольно корректное подведение итогов того, что удалось понять в конце ХХ в., когда и произошли в основном эти вот расстановки акцентов - вот такое. Там выделены на основе этого представления об эволюции челоовеческих обществ препятствия на пути к богатству. То есть та победа, которой достигла Европа в истории человечества - это богатство. А многие страны не справились. И перечисляются причины, которые вызывают отставание. В основном это, конечно, препятствия образованию, науке и технологическому прогрессу.
Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
С некоторым восхищением слежу за скоростью эволюции юзеров. Давно нас так не ломали волны творения - а тут как пробирает-то... Привычные фигуры, казавшиеся жесткими и неизменными, меняют контуры и становятся неведомой какой-то стереометрией дробных измерений.

Я на скорость этой эволюции смотрю как на стрелку будущему. Ведь интересно, что будет - а сейчас, из-за сумасшедшей скорости, даже такие мимолетные существа, как люди, могут увидеть вектор изменений. Обиды - это эфемерно, дуньте и улетят, занятнее постепенное изменение ... как бы сказать, свойств характеров, того, что считается естествеными склонностями, самоподразумеваемыми способностями. Совсем новые получаются фигуры.

Главное дело, отслеживать, как история поступает с логикой. Скажем, логика намылилась, приготовилась, расположила в должном порядке причины и только натужилась произвести закономерный вывод, которому ничто не может противостоять - как вдруг история легким движением приоткрывает новые, неучтенные обстоятельства, и тут же все меняется, и прежние причины смешны. Как планы поехать на рыбалку в первый день войны. Как день, начавшийся с планов пойти в уютный бар к вечеру, а закончившийся скандалом и разводом. Логика выводит завтрашний день из вчерашнего, а история - из совокупности людей, которые сложились... ох, не вчера.

В людях совершаются изменения, они ведут себя иначе, и прежде привычные повороты вдруг уходят в сторону, становятся невозможными и, собравшись складками, дорога прыгает в совсем неожиданном направлении.

Как считаете, что неожиданное ждет нас в недалеком будущем? Ведь умные люди видят прямолинейную логику, о которой говорят решительно все и которую нет смысла повторять, и для себя отмечают: да, но они все не учитывают... Вот тем, что эти самые все не учитывают, я и призываю поделиться. Не для спора, конечно - такие вещи нет смысла доказывать и выспаривать, а только лишь из интереса чтобы нам - на многое читатель хмыкнет и пройдет дальше, а вдруг и такое отыщется, что заставит подумать. Мы уже наполовину новые люди, хотя этого и не замечаем, вокруг нас уже во многом новый мир - как он неожиданно повернется?

(c) Е. Романов
ivanov_petrov: (geo)
в книге Гефтера. Это М. Гефтер в разговорах с Глебом Павловским, 2015, Третьего тысячелетия не будет.
И там на 26 странице от Гефтера:

(про 1950-е)
...Заболел я на почве оскорбления. Оттого что я сам, опоздав освободиться, когда с ХХ съездом освобождение пришло свеоху, я его не принял. Я по сей день не приемлю свободы, приходящей извне.

И другая фраза ближе к концу:

...Недавно узнал, оказывается, из последней редакции Мастера и Маргариты выбросили единственную фразу о Сталине, которая есть в романе. Выброшена, вероятно, вдовой, но есть в рукописи.
Это последняя фраза Воланда в Москве, на балконе Пашкова дома. Воланд говорит следующее - у него мужественное лицо, и вообще все кончено здесь, нам пора.
ivanov_petrov: (geo)
, или "Мысы Ледовитого напоминают". М. 2015. КМК.
Новая книга Ю.В. Чайковского по истории Арктики. Очень интересная, читал увлеченно, рекомендую.

А вот рассказать о ней очень трудно. Автор интересовался историей Арктики несколько десятков лет, это его увлечение, книга написана не по нужде какой, не по заказу - для души, чтобы самому было интересно. Значит, целая жизнь поисков, архивов, находок, статей, сопоставлений. Дальше: история освоения Арктики - это аспект истории России за 500 лет. Это чудовищный объем материала. Написать это не в человеческих силах, кусочки этого - целые книжные горы по истории географических открытий, по экономике, по истории завоеваний, по социальной истории, и персоналии, и этнография, и чудовищная номенклатура предмета - представьте, что творилось за 500 лет с названиями рек, гор и заливов. Эх, Деревянные горы - вы только представьте, место, которое называется Деревянные горы, и это в самом деле горная гряда такая, или по меньшей мере гряда холмов. Это - матчасть, имена, имена, даты, грамоты, указы, числа, публикации, археологические находки, и еще больше - искажения, умолчания, утерянные и украденные эспонаты, пропавшие коллекции.

Деревянные горы

Read more... )
ivanov_petrov: (geo)
Очень частая ситуация. Имело место событие - Петя убил Лену, любил Таню, происхождение жизни и происхождение человека в Африке, происхождение вселенной и далее по вкусу. Мы отчего-то не знаем, что же произошло, у нас есть разные косвенные свидетельства, соображения о сходных в некоей мере событиях, частные причины и всякое такое. На основании разных (очень разных) соображений мы выстраиваем множество разных сценариев, версий того, что происходило.

Я был бы благодарен за высказывание позиции вот по какому поводу. Насколько оправдан метод: из множества имеющихся версий, вариантов (их может быть 10, 10 в пятой и т.д.) мы выбираем наиболее сходные. Или: из них мы выбираем те участки истории, которые совпадают во всех вариантах (вариант: в большинстве). Таким образом мы получаем некоторую - как мы считаем, вероятную - картину произошедшего.

С другой стороны, чудится мне, что не имеет смысла говорить о вероятности однократного события.

Надеюсь, здесь заметен вопрос.
ivanov_petrov: (geo)
Майкл Оукшотт (Oakeshott M. What is History? And other Essays. 2004) понятие прошлого разделил на три. Одно прошлое - это прошлое в современности, то, что существует готовым вокруг нас - дома, книги и все прочее, чем мы пользуемся как современными вещами, но на деле все это пришло к нам из прошлого. Второе прошлое - это то, что мы считаем источниками сведений о прошлом, особенная группа, это могут быть те же дома и книги, на которые мы теперь глядим как на источники, а могут быть и ранее не вовлекаемые в обиход вещи, архивные документы, скажем - это не просто вещь, а памятник, экспонат, источник, используемый в специальных целях понимания прошлого. И третье прошлое - это конструируемое нами прошлое, это те мировоззренческие рамки, в которые мы вставляем наши мысли о прошлом, так что получается цельная картина, наполненная каким-то смыслом, а не просто ворох высказываний об источниках.

Все это придумано для политической истории и там как-то крутится у историков, специализирующихся на современности. Подумал - бы было занятно видеть таким образом разделенное знание о прошлом Земли, или космоса - в области естественных наук. В теории естественных наук оно так и есть - конечно, факты отдельно, котлеты отдельно. Но то в теории, на деле практически любая "история земли", теория о прошлом, опирается на мощные реконструкции, на подтверждаемые фактами теории, которые временами меняются, и тогда выясняется, что там на 90% была вода, то есть конструкции, а фактов было не так много и они охотно легли в иные рамки. Тут трудная штука - факты вне теории, отдельно от нее описать невозможно, - в этом смысле можно считать, что идея Оукшотта не додумана. То есть это иллюзия, что можно взять в горсть и предъявить чистый факт, вещь, и отдельно иметь мысли о ней, некую рамочную теорию. Но все же до некоторой степени можно стремиться к такому пониманию. И потому было бы занятно иметь буквально... как это делают... тексты колонками, на разных разворотах страницы - на разных языках, скажем - греческий текст и перевод. И тут - иметь на одном развороте "вещи", а на другом развороте - многоэтажные построения, каким образом они используюся в конструировании знаний о прошлом.

Сделать это технически, насколько я понимаю, весьма и весьма тяжело. Мало того, что такой текст будет понятен почти только профессионалу. Ну так и читатель параллельного текста на русском и греческом (или английском и греческом) не столь част. Однако польза бы, кажется, была. Занятно, что в таком виде можно представлять фактическую базу прошлого - например, так можно оформлять знания о прошлом планеты для середины XIX века, и отдельно - для века ХХ и для современности. В одних случаях база "второго прошлого", то есть источников (и первого прошлого, вещей, которые теперь осмыслены как источники) существенно изменяется, а в других случаях, например, база примерно та же, но совершенно иные методы ее анализа и обдумывания, так что теории на почти той же основе получаются иные.

Видимо, в конце концов там будут все же не "факты", а "взгляды". Окажется, что каждая "вещь" сложена из "точек зрения", "фокусов внимания" или, может быть, вернее сказать, "восприятий", которые указывают (теоретически) отчего надо смотреть вот так, на это и в том ракурсе, почему именно тогда при сопоставлении с некой теорией выявляются интересные возможности нечто проверить и т.п. Как в известной истории про "партизанского разведчика", того самого, который умел отделять то, что видел сам, от того, что "хлопцы рассказывали" - речь не об отделении фактов от теорий, а своих наблюдений от чужих мнений. Так и тут - видимо, окажется, что "объективные факты" никакими силами не отделить от "теорий", но по крайней мере можно провести границу между тем, что видел сам, и тем, что принял на веру или на что было указано обратить внимание, с чего было предложено начинать и т.п. Или, конечно, можно сказать иначе, если факты дороги, а к вере доверия нет. Можно сказать, что одни люди любят действовать, щупая предметы, а другим важнее режиссура

Все же этот смелый опыт был бы, как кажется, небесполезен. Полагаю лишь, что для единственной завалященькой такой натуральной вещи потребовалось бы много разворотов с теоретическими конструкциями. Потому что средь опыта ведь нету ни электронов, ни фотонов, ни видов, ни генов, на прошлых геологических эпох, совсем ничего этого и всего другого нет, а есть множество всего совсем иного, для чего, в свою очередь, совсем не поставлено освещение, не подобраны мизансцены, не ясны исполнители и режиссура на нуле.

Как думаете, получился бы такой опыт, отделение третьего прошлого от первых двух? Или дело это безнадежное и научное знание на факты с теориями нацело не делится?

Profile

ivanov_petrov: (Default)
ivanov_petrov

December 2016

S M T W T F S
    1 23
4 5 6 78 9 10
11 121314 15 1617
1819 20212223 24
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 07:38 am
Powered by Dreamwidth Studios