Инженерное мышление
Jan. 18th, 2026 09:05 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
ivanov_petrov"Вы недавно писали про модельное и инженерное мышление. Мне было бы очень интересно прочесть о проблемах инженерного мышления. Вы упоминали: теория держится на немногих ключевых фактах. — Ага, очень удобно, если все факты помнить тяжело, у кого там память плохая.
И когда появляются новые ключевые факты... Ну ладно, теория переворачивается. Ошибся, круглый дурак, смешной, стыдно — это хороший случай. А потом она ещё переворачивается, и так далее, и тут уже совсем не весело." ordinary_nobody
https://ivanov-petrov.livejournal.com/2626428.html?thread=289127036#t289127036
В ответ на просьбу рассказать об инженерном мышлении начинать надо с извинений: сам я не инженер, мало в этом понимаю, спобности мои ничтожны и куда мне до них. Этот раздел понятен и я его пропущу - но вы имейте в виду, это я всё это сказал. Смысл этого введения - не в том, чтобы защититься от критики, а чтобы пояснить место последующих рассуждений. Это не кем-то признанная авторитетная точка зрения, не пересказ прочитанного, это мой личный взгляд, тем самым он может противоречить тому, что думают другие, не следует где-то принятой терминологии и т.п.
Далее. Об инженерном мышлении надо говорить, сопоставляя его с другим каким-то мышлением. Трудно говорить и критиковать какой-то вид мышления сам по себе, мы можем лишь сравнивать его с другими видами. Тем самым мы посмотрим на это мышление с разных сторон, и претензии к этому мышлению будут совершенно различны.
Прежде всего. Инженерное мышление - это не мышление инженеров. Это название типа мышления, называют его также другими именами (напр., системное, структурное и пр.), и оно свойственно периоду времени - а вовсе не одной профессии. Это лучший тип мышления, выработавшийся в конце XIX в. и царствовавший практически весь ХХ век.
Инженерному мышлению предшествовало совсем иное мышление, сейчас его представить можно, лишь обратившись к старым книгам, к тому, как науку излагали в начале XIX в. Надо взять то, что было естественными науками в то время - труды по биологии, географии, геологии и т.п. Или даже химии. Там будет стиль мышления, который сейчас бы назвали "гуманитарным", или "философским". Говоря крайне кратко, автор откуда-то брал идею изложения (придумывал), и излагал эту идею, подтверждая ее множеством фактов. На деле, по современным меркам, фактов было очень мало, они не ранжировались по значимости, их вес создавался излагаемой теорией. То есть шло нарративное изложение теории, которое в некоторых местах опиралось на факты. Этот тип мышления можно еще назвать спекулятивным. Прекрасные, яркие образцы - у Фрейда и Спенсера. Это "дедуктивное" (привет Холмсу) изложение, ученый как следователь мысленно создает теорию, отыскивает ее подтверждения. Сейчас так работают некоторые историки, у них еще можно найти действующие образцы такого мышления.
Итак, после господства некоторых других типов мышления в XIX в. властвовал тип спекулятивного мышления. Это было гордящееся своей логикой изложение. Спекулятивное мышление было прежде всего логичным. Это было его поле победы, то, чем этот тип гордился - логичность. Всё покорялось логике: ей следовала природа, человек, общество... Теория исходила из некоторых постулатов, аксиом - развивалась, ветвилась, и заканчивалось это решениями: загадочные прежде факты покорно занимали места ответов, теория их ожидала, предсказывала, и они послушными стадами теперь были объяснены. Дедуктивное изложение, в конце увенчанное разгадкой фактического материала. Достаточно было умному человеку озаботиться истиной, и он логическим путем доходил до решения.
Инженерное мышление, зарождаясь в конце XIX в., критиковало этот стиль. Он субъективен. Автор придумал теорию - она подтверждается. Чудесно. Но еще десять авторов придумали еще десять теорий. Тоже подтверждаются, хотя не все с этим согласны. Что делать? как сравнивать? У каждой теории свои факты, одни критикуют за произвол и нелогичность одни теории, другие - иные. В целом разобраться крайне трудно, и каждый раз такой "разбор" - творческий результат мысли разбирающегося. Убедить противников он не может, а сторонники - ну да, те согласны.
Инженерное мышление объективировало научное исследование. Была сильно уменьшена роль нарратива. Выделены факты, специально четко сформулированы теории. Эта структурная четкость достигается селекцией: теории проясняются, формулируются в явном виде, убираются куски про "как всем понятно" и "очевидно". Факты переходят из разряда рассказов, описаний - в сообщения об измерениях. Множество фактов оказываются тривиальными, они не различают разные теории. Очень немногие факты - особенные, их называют критическими. Они позволяют понять, какую теорию из имеющихся мы выберем, одна теория их объясняет, другая нет. Тем самым изложение идет от одной вехи - критического факта - к другому, эти факты определяют используемые теории. Возводились очень обширные причудливые конструкции, рассуждения, которые опорами своими касались земли - фактов. Можно сказать, это было изложение "арками": начиналось с аксиом или фактов, взмывало в высь логических рассуждений, и в ключевых точках вновь опиралось на важные факты, затем - новая арка логических выводов.
Дальше там идет теоретическое осмысление, разговор о фальсификации, о научных программах, о том, что факты организованы в ядро и периферию, имеют очень разную ценность и различна их роль... Это длинный разговор о философии науки.
В целом инженерное мышление работало с позиции бесстрастного, объективного наблюдателя, эта фигура в полной мере проявилась именно в данном типе мышления. Прежде ясно кто вел логику изложения: автор. Например, Фрейд или Спенсер. Это он был оостроумным Холмсом, который проник в тайны и ясной логикой вывел на свет непознанное. Никакой не наблюдатель, а лично такой-то. Теперь ситуация иная: это можно видеть в формулировках мысленных экспериментов Эйнштейна. Есть какой-то наблюдатель - мы его знать не знаем и представить не можем, но он есть - и с ним вот что происходит и вот что он увидит перед собой. Этот взгляд никак специально не описываемого наблюдателя вдруг оказался включенным в формулировку познания. Не важно, кто наблюдает, личные моменты - самое страшное, что может вмешаться в мышление, оно избавлено от чувств, от увлечения, от черт наблюдателя - человека там нет вообще, это вымышленный нейтральный объективный разум наблюдает - и мы откуда-то знаем (не договариваясь, по умолчанию - чудесная штука) как устроен этот объективный разум и оттого всегда можем сказать, что - личное и субъективное, а что - принимается, потому что безличное.
К этому мышлению можно отнестись с трудно описываемых и не проговоренных толком в нашей культуре позиции. Это - назовем так - человеческая позиция. Дело в том, что независимо от правильности инженерное мышление убивает человечность. Человек "кристаллизуется", сохнет и умирает при практике такого мышления. Обычно от этой претензии отмахиваются - мол, это гуманитарная болтовня. И "смело" принимают огонь на себя - ну да, пусть я сохну, зато я настоящий ученый. Тут надо добавить, что убивающее действие такого мышления работает не только в течение жизни, преобразуя своего носителя. Оно накапливается в культуре; с возрастанием роли машин - теперь уже интеллектуальных машин - быстро нарастает доля такого мышления в общей культуре. Это уже не культура ученых, это общая культура всех, кто этим пользуется - то есть это почти всё человечество. В результате души людей меняются, то, что прежде они могли, на что у них были способности - исчезает, становится недоступным. Люди становятся все в меньшей степени людьми.
Об этом можно говорить долго, но в целом это знакомый мотив критики такого мышления, и - опять же - читатель может сам представить развороты этой мысли. С ней одни охотно соглашаются, другие критикуют, здесь мне важно указать только разворот - можно вот так взглянуть на инженерное мышление. (Это, кстати, трудное место. Многие мыслящие противятся: а вы мне докажите, что есть это убивающее человечность влияние такого мышления, куда вы пошли, давайте доказывайте. - Но доказывать не обязательно. Там совсем иной модус: мыслитель должен сам изучить вопрос и решить, за него это делать вовсе не обязательно. Тут губительное правило - бремя доказательства на предлагающем. Оно ошибочно, конечно. Оно предполагает конкурентную модель знания - ты предлагаешь, так убеди меня. На деле знание может быть не конкурентным, очень просто: ты не хочешь сам посмотреть? ну и нет проблем, прощай. Тогда это правило, на ком бремя доказательства, не действует. На деле там всё проще: бремя доказательства - на мыслящем. Кто хочет нечто узнать, тот и узнает. Никто ему ничего доказывать не обязан.)
Это была критика и характеристика инженерного мышления со стороны "человеческого". Но критика инженерного мышления была и с другой стороны, со стороны возникшего модельного мышления (которое свойственно совсем не только программистам - как инженерное не только инженерам). Модельное мышление в качестве идеала имеет машинное мышление и критикует инженерное - за субъективность.
Инженерное мышление субъективно в проведении границ изучаемого объекта. Оно их "так видит". Он субъективно в придумывании теорий. Теории возникают интуитивно, по мнению сторонников инженерного подхода - что значит непростительно-субъективно с точки зрения модельного. Оно отбирает факты - вместо того, чтобы работать с массивами в миллионы фактов, со "всеми" фактами, оно опирается на считанные единицы или десятки критических фактов, особо ценных. Это тоже субъективизм. Модельное мышление хотело бы, чтобы мышление было еще более обезличено, объективировано, не содержало элементов произвольного субъективного отбора. Поэтому идет выход к огромным массивам фактов, нивелируется теоретическая составляющая вообще - предполагается, что машинно можно "просто" обозреть массив фактов и выявить закономерности. Если они не будут формулироваться в словесной форме и будут не-теоретическими по характеру - тем лучше. Это "настоящие" закономерности. Наука перестает разрабатывать понятия, теории, перестает быть областью интеллектуальной деятельности.
Это другая критика инженерного мышления, с той стороны, которая победила - сейчас распространено, конечно, именно модельное мышление. Можно обратить внимание, каким способом модельное мышление победило инженерное. Инженерное само прошлось бульдозером критики по всем формам предшествующего мышления, оно зачистило интеллектуальное поле. Так-то в прошлом было разнообразие - было самостоятельное философское мышление, было схоластическое (схоластика померла в XVII в., уже после появления современной науки). Много чего было. Инженерное мышление сожрало всех - и победило их под знаменем безличной объективности. Именно оно распространило кажущийся сейчас единственно верным взгляд, что знание может быть только общим, обязательным, всечеловеческим, объективным, излагаемым с позиции выдуманного наблюдателя и т.п. Именно инженерное мышление смогло создать совершенно нелепую ситуацию - наука изучает реальный мир; находимые в реальном мире свойства по большей части иллюзорны (цвет и т.п.), это субъективный мираж, а наука изучает нечто невидимое, но зато реально существующее. Данный нам реальный мир есть иллюзия; выдуманная нами реальность является истинной реальностью. Все эти "проблемы сознания" - это результат парадоксов, которые создало научное инженерное мышление, зайдя в тупик - поскольку оно занималось объективным, и не могло объяснить субъективное ("иллюзии").
И вот из самой логики этого инженерного мышления произошла следующая точка зрения, еще более логичная, механистичная, объективная и бесстрастная. В пределе ее можно выразить так: если мы добиваемся познания, которое велось бы, игнорируя личность исследователя, то лучшим вариантом является наука, из которой удален ученый. Нужен механизм познания, который работает независимо от этих субъективностей - мышления, понятий, теорий, рассуждений... Это же всё личные вещи, это создано субъективностью исследователя. Исследователя надо удалить из познание, идеал - это познание без познающего.
Можно верить, что выход именно тот, который предлагает модельное мышление: огромные массивы данных, компьютерная обработка, внесловесная формулировка закономерностей. Важно, что инженерное мышление разрушено в рамках той логики, которую оно само и продвигало.
Остается коснуться того выхода, который предлагает ранее упомянутая "человеческая" точка зрения на мышление. Называть так не очень удобно; давайте придумаем термин: антропофильное мышление. Если модельное мышление взволновано тем, что инженерное недостаточно чистое, не вполне объективное, и стремится довести до максимума именно внечеловеческий аспект мышления, то человеческая точка зрения не озабочена правильностью инженерного мышления. Это не ее забота, ее заботит здоровье людей. И там рецептов примерно два.
Первый: личное, человеческое отношение к познанию и к познаваемому. Ни в коем случае не воспринимать познаваемое как ряд цифр, данных, фактов и показателей. Только личная симпатия и вникание в объект познания, личное к нему отношение. Увлеченное, теплое, заинтересованное. Чтобы не казалось, что это "пустые слова", добавлю определенности. Дальше эта программа "личного интереса" подразумевает очень серьезные изменения в научном знании. Личное знание начинается, когда человек лично охватывает предмет, предметную область. Следовательно, чего он охватить не может, то не является предметом такого знания. Далее, современное безличное научное знание пронизано претензиями на универсальность - оно мыслится верным во всей вселенной и верным для всех областей знания. То есть наличные теории - даже если они меняются каждые пять лет - все равно мыслятся как универсальные и всюду применимые. Личное знание устроено принципиально иначе. Исследователь не заботится, верно ли будет понятое им для условий, которые кто-то придумал для Сатурна или Марса, верно ли это в другие времена - и - в пределе - в других местах. Он берет свое личное знание, он увлеченно исследует предмет здесь-и-сейчас, он создает локальные теории, понимая вот именно этот предмет.
Допустим, его локальная теория чего-нибудь кажется противоречащей общей теории данной науки. Он это игнорирует. Усиливаем: она противоречит принятому образу физического знания. Он это игнорирует. Ему нет дела, что это - вроде бы - неверно из общих соображений других наук, неверно с точки зрения физики и т.п. - он занят своим предметом, он считает, что созданные им мысли верно описывают именно этот его предмет - прочее не волнует. Точнее - этим противоречием будет заниматься тот, для кого это будет личным предметом исследования, у кого именно это будет "болеть".
Тем самым происходил бы развал "виртуального фронта науки". Реальный фронт умер в конце ХХ в. - как раз с падением инженерного мышления и заодно СССР. Тогда, в те времена, каждая предметная область имела соответствующую науку для ее изучения и имела ученых, которые ею занимались. Потому и называлось фронт науки - для чего угодно на планете можно было отыскать ученого, который этим или близким занимался. Была общая и единая наука. Сейчас такой фронт исчез, и это никого не волнует: оказалось, можно без него. Плата: растут слепые области, о которых ничего не известно.
Так вот, личная антропофильная наука разрушит виртуальный фронт. Сейчас вся наука делается на единых основаниях, и мыслится так, что не может быть фундаментального противоречия между разными науками. Просто не может, вот и всё. Если есть фундаментальное противоречеие - надо разбираться и унифицировать, приводить к единству, где-то ошибка. Для личной (антропофильной) науки иначе - там частные предметы исследований каждый имеет свою теорию (увы, не одну, а - может быть - по числу увлеченно занимающихся), никакой унифицированной общей теории не только нет, но ее необходимость не осознается. Если можно без реального фронта науки - почему нельзя без виртуального?
Эта наука исходит не из предполагаемых универсальных законов, а из вникания в конкретные явления - с тем, чтобы некоторые закономерности, так полученные, оказались применимы и к другим явлениям. Это совсем иная методология, нежели принятая сейчас - нет, не индукция. Там не выделяются свойства объектов, относительно которых строится индуктивное заключение, а берется именно всё явление, весь его облик, и из внимательного вглядывания в этот облик выявляются закономерности и свойства.
Эта антропофильная наука с точки зрения современной науки будет ненаучной. Там очень плохо с фальсифицируемостью. Объекты выделяются очень субъективно (раз нет претензии на универсальность...), это напоминает произвольный подбор примеров, подтверждающих некое утверждение. - С другой стороны, то, что царит в науке сейчас - крайне сомнительно по стандартам научности XIX века.
Это раз. Мы посмотрели следствия из "личного, заинтересованного, теплого" отношения к предмету антропофильной науки. Второе: согревание души искусством. Не как искусством шедевров, профессиональным занятием художников - нет, просто любительщина, занятие искусством для души. Как уже говорилось, развиваемые сейчас уже совсем не только в науке, требуемые самой обыденной жизнью виды мышления сушат душу, человек становится менее человечным - и так обращается и к друзьям, и к детям, и так обращается ко всей культуре, усугубляя ее мертвенность. Занятия искусством для себя позволяют несколько оживить собственную душу. Опять же, едва высказав этот заголовок (насчет занятий искусством), я перестаю его детализировать и обсуждать, - в некотором смысле понятно, что там дальше говорится.
Тем самым наметки изложения об инженерном мышлении я дал. Это сейчас прошедшая стадия мышления, не самая передовая. Как оно в свое время вытеснило спекулятивное мышление (которое осталось лишь в рудиментах, в отдельных областях знания вроде истории), так и само оно теперь отступает, вытесняемое модельным.
Как я понимаю, вас еще интересовали именно мыслительные ошибки инженерного мышления, с его внутренней точки зрения - как бороться с его ошибками с точки зрения самого инженерного мышления. Об этом масса литературы, поскольку весь ХХ век инженерное мышление считалось ведущим, "все" писали книги о научном исследовании. У меня об этом была много лет назад серия постов, кажется, это называлось "о науке и вере", постов пять, кажется. Но там мое изложение, легко найти другие изложения, книги про "экспериментальный метод", про "научное мышление", где обычно говорится о Поппере, Фейерабенде, Лакатоше и т.п. Некоторое впечатление о том, что само инженерное мышление думало о своих возможностях, как оно пыталось исправлять свои ошибки со своей внутренней точки зрения, - там можно отыскать. Но теперь это уже в прошлом - это примерно как критика софистов или критика схоластики. Не до конца осознано, что прежняя теоретическая деятельность, с многосложными и многоэтажными теория, с понятиями и пр. - уже на исходе. Обходятся без этого. Да, вся прежняя наука выстроена именно так и кажется невозможным без этого обойтись. Но если посмотреть, как выглядит надстраиваемая "новая" наука - видно, что в ней доля теоретического и понятийного, структурно-инженерного - сильно уменьшается.
И когда появляются новые ключевые факты... Ну ладно, теория переворачивается. Ошибся, круглый дурак, смешной, стыдно — это хороший случай. А потом она ещё переворачивается, и так далее, и тут уже совсем не весело." ordinary_nobody
https://ivanov-petrov.livejournal.com/2626428.html?thread=289127036#t289127036
В ответ на просьбу рассказать об инженерном мышлении начинать надо с извинений: сам я не инженер, мало в этом понимаю, спобности мои ничтожны и куда мне до них. Этот раздел понятен и я его пропущу - но вы имейте в виду, это я всё это сказал. Смысл этого введения - не в том, чтобы защититься от критики, а чтобы пояснить место последующих рассуждений. Это не кем-то признанная авторитетная точка зрения, не пересказ прочитанного, это мой личный взгляд, тем самым он может противоречить тому, что думают другие, не следует где-то принятой терминологии и т.п.
Далее. Об инженерном мышлении надо говорить, сопоставляя его с другим каким-то мышлением. Трудно говорить и критиковать какой-то вид мышления сам по себе, мы можем лишь сравнивать его с другими видами. Тем самым мы посмотрим на это мышление с разных сторон, и претензии к этому мышлению будут совершенно различны.
Прежде всего. Инженерное мышление - это не мышление инженеров. Это название типа мышления, называют его также другими именами (напр., системное, структурное и пр.), и оно свойственно периоду времени - а вовсе не одной профессии. Это лучший тип мышления, выработавшийся в конце XIX в. и царствовавший практически весь ХХ век.
Инженерному мышлению предшествовало совсем иное мышление, сейчас его представить можно, лишь обратившись к старым книгам, к тому, как науку излагали в начале XIX в. Надо взять то, что было естественными науками в то время - труды по биологии, географии, геологии и т.п. Или даже химии. Там будет стиль мышления, который сейчас бы назвали "гуманитарным", или "философским". Говоря крайне кратко, автор откуда-то брал идею изложения (придумывал), и излагал эту идею, подтверждая ее множеством фактов. На деле, по современным меркам, фактов было очень мало, они не ранжировались по значимости, их вес создавался излагаемой теорией. То есть шло нарративное изложение теории, которое в некоторых местах опиралось на факты. Этот тип мышления можно еще назвать спекулятивным. Прекрасные, яркие образцы - у Фрейда и Спенсера. Это "дедуктивное" (привет Холмсу) изложение, ученый как следователь мысленно создает теорию, отыскивает ее подтверждения. Сейчас так работают некоторые историки, у них еще можно найти действующие образцы такого мышления.
Итак, после господства некоторых других типов мышления в XIX в. властвовал тип спекулятивного мышления. Это было гордящееся своей логикой изложение. Спекулятивное мышление было прежде всего логичным. Это было его поле победы, то, чем этот тип гордился - логичность. Всё покорялось логике: ей следовала природа, человек, общество... Теория исходила из некоторых постулатов, аксиом - развивалась, ветвилась, и заканчивалось это решениями: загадочные прежде факты покорно занимали места ответов, теория их ожидала, предсказывала, и они послушными стадами теперь были объяснены. Дедуктивное изложение, в конце увенчанное разгадкой фактического материала. Достаточно было умному человеку озаботиться истиной, и он логическим путем доходил до решения.
Инженерное мышление, зарождаясь в конце XIX в., критиковало этот стиль. Он субъективен. Автор придумал теорию - она подтверждается. Чудесно. Но еще десять авторов придумали еще десять теорий. Тоже подтверждаются, хотя не все с этим согласны. Что делать? как сравнивать? У каждой теории свои факты, одни критикуют за произвол и нелогичность одни теории, другие - иные. В целом разобраться крайне трудно, и каждый раз такой "разбор" - творческий результат мысли разбирающегося. Убедить противников он не может, а сторонники - ну да, те согласны.
Инженерное мышление объективировало научное исследование. Была сильно уменьшена роль нарратива. Выделены факты, специально четко сформулированы теории. Эта структурная четкость достигается селекцией: теории проясняются, формулируются в явном виде, убираются куски про "как всем понятно" и "очевидно". Факты переходят из разряда рассказов, описаний - в сообщения об измерениях. Множество фактов оказываются тривиальными, они не различают разные теории. Очень немногие факты - особенные, их называют критическими. Они позволяют понять, какую теорию из имеющихся мы выберем, одна теория их объясняет, другая нет. Тем самым изложение идет от одной вехи - критического факта - к другому, эти факты определяют используемые теории. Возводились очень обширные причудливые конструкции, рассуждения, которые опорами своими касались земли - фактов. Можно сказать, это было изложение "арками": начиналось с аксиом или фактов, взмывало в высь логических рассуждений, и в ключевых точках вновь опиралось на важные факты, затем - новая арка логических выводов.
Дальше там идет теоретическое осмысление, разговор о фальсификации, о научных программах, о том, что факты организованы в ядро и периферию, имеют очень разную ценность и различна их роль... Это длинный разговор о философии науки.
В целом инженерное мышление работало с позиции бесстрастного, объективного наблюдателя, эта фигура в полной мере проявилась именно в данном типе мышления. Прежде ясно кто вел логику изложения: автор. Например, Фрейд или Спенсер. Это он был оостроумным Холмсом, который проник в тайны и ясной логикой вывел на свет непознанное. Никакой не наблюдатель, а лично такой-то. Теперь ситуация иная: это можно видеть в формулировках мысленных экспериментов Эйнштейна. Есть какой-то наблюдатель - мы его знать не знаем и представить не можем, но он есть - и с ним вот что происходит и вот что он увидит перед собой. Этот взгляд никак специально не описываемого наблюдателя вдруг оказался включенным в формулировку познания. Не важно, кто наблюдает, личные моменты - самое страшное, что может вмешаться в мышление, оно избавлено от чувств, от увлечения, от черт наблюдателя - человека там нет вообще, это вымышленный нейтральный объективный разум наблюдает - и мы откуда-то знаем (не договариваясь, по умолчанию - чудесная штука) как устроен этот объективный разум и оттого всегда можем сказать, что - личное и субъективное, а что - принимается, потому что безличное.
К этому мышлению можно отнестись с трудно описываемых и не проговоренных толком в нашей культуре позиции. Это - назовем так - человеческая позиция. Дело в том, что независимо от правильности инженерное мышление убивает человечность. Человек "кристаллизуется", сохнет и умирает при практике такого мышления. Обычно от этой претензии отмахиваются - мол, это гуманитарная болтовня. И "смело" принимают огонь на себя - ну да, пусть я сохну, зато я настоящий ученый. Тут надо добавить, что убивающее действие такого мышления работает не только в течение жизни, преобразуя своего носителя. Оно накапливается в культуре; с возрастанием роли машин - теперь уже интеллектуальных машин - быстро нарастает доля такого мышления в общей культуре. Это уже не культура ученых, это общая культура всех, кто этим пользуется - то есть это почти всё человечество. В результате души людей меняются, то, что прежде они могли, на что у них были способности - исчезает, становится недоступным. Люди становятся все в меньшей степени людьми.
Об этом можно говорить долго, но в целом это знакомый мотив критики такого мышления, и - опять же - читатель может сам представить развороты этой мысли. С ней одни охотно соглашаются, другие критикуют, здесь мне важно указать только разворот - можно вот так взглянуть на инженерное мышление. (Это, кстати, трудное место. Многие мыслящие противятся: а вы мне докажите, что есть это убивающее человечность влияние такого мышления, куда вы пошли, давайте доказывайте. - Но доказывать не обязательно. Там совсем иной модус: мыслитель должен сам изучить вопрос и решить, за него это делать вовсе не обязательно. Тут губительное правило - бремя доказательства на предлагающем. Оно ошибочно, конечно. Оно предполагает конкурентную модель знания - ты предлагаешь, так убеди меня. На деле знание может быть не конкурентным, очень просто: ты не хочешь сам посмотреть? ну и нет проблем, прощай. Тогда это правило, на ком бремя доказательства, не действует. На деле там всё проще: бремя доказательства - на мыслящем. Кто хочет нечто узнать, тот и узнает. Никто ему ничего доказывать не обязан.)
Это была критика и характеристика инженерного мышления со стороны "человеческого". Но критика инженерного мышления была и с другой стороны, со стороны возникшего модельного мышления (которое свойственно совсем не только программистам - как инженерное не только инженерам). Модельное мышление в качестве идеала имеет машинное мышление и критикует инженерное - за субъективность.
Инженерное мышление субъективно в проведении границ изучаемого объекта. Оно их "так видит". Он субъективно в придумывании теорий. Теории возникают интуитивно, по мнению сторонников инженерного подхода - что значит непростительно-субъективно с точки зрения модельного. Оно отбирает факты - вместо того, чтобы работать с массивами в миллионы фактов, со "всеми" фактами, оно опирается на считанные единицы или десятки критических фактов, особо ценных. Это тоже субъективизм. Модельное мышление хотело бы, чтобы мышление было еще более обезличено, объективировано, не содержало элементов произвольного субъективного отбора. Поэтому идет выход к огромным массивам фактов, нивелируется теоретическая составляющая вообще - предполагается, что машинно можно "просто" обозреть массив фактов и выявить закономерности. Если они не будут формулироваться в словесной форме и будут не-теоретическими по характеру - тем лучше. Это "настоящие" закономерности. Наука перестает разрабатывать понятия, теории, перестает быть областью интеллектуальной деятельности.
Это другая критика инженерного мышления, с той стороны, которая победила - сейчас распространено, конечно, именно модельное мышление. Можно обратить внимание, каким способом модельное мышление победило инженерное. Инженерное само прошлось бульдозером критики по всем формам предшествующего мышления, оно зачистило интеллектуальное поле. Так-то в прошлом было разнообразие - было самостоятельное философское мышление, было схоластическое (схоластика померла в XVII в., уже после появления современной науки). Много чего было. Инженерное мышление сожрало всех - и победило их под знаменем безличной объективности. Именно оно распространило кажущийся сейчас единственно верным взгляд, что знание может быть только общим, обязательным, всечеловеческим, объективным, излагаемым с позиции выдуманного наблюдателя и т.п. Именно инженерное мышление смогло создать совершенно нелепую ситуацию - наука изучает реальный мир; находимые в реальном мире свойства по большей части иллюзорны (цвет и т.п.), это субъективный мираж, а наука изучает нечто невидимое, но зато реально существующее. Данный нам реальный мир есть иллюзия; выдуманная нами реальность является истинной реальностью. Все эти "проблемы сознания" - это результат парадоксов, которые создало научное инженерное мышление, зайдя в тупик - поскольку оно занималось объективным, и не могло объяснить субъективное ("иллюзии").
И вот из самой логики этого инженерного мышления произошла следующая точка зрения, еще более логичная, механистичная, объективная и бесстрастная. В пределе ее можно выразить так: если мы добиваемся познания, которое велось бы, игнорируя личность исследователя, то лучшим вариантом является наука, из которой удален ученый. Нужен механизм познания, который работает независимо от этих субъективностей - мышления, понятий, теорий, рассуждений... Это же всё личные вещи, это создано субъективностью исследователя. Исследователя надо удалить из познание, идеал - это познание без познающего.
Можно верить, что выход именно тот, который предлагает модельное мышление: огромные массивы данных, компьютерная обработка, внесловесная формулировка закономерностей. Важно, что инженерное мышление разрушено в рамках той логики, которую оно само и продвигало.
Остается коснуться того выхода, который предлагает ранее упомянутая "человеческая" точка зрения на мышление. Называть так не очень удобно; давайте придумаем термин: антропофильное мышление. Если модельное мышление взволновано тем, что инженерное недостаточно чистое, не вполне объективное, и стремится довести до максимума именно внечеловеческий аспект мышления, то человеческая точка зрения не озабочена правильностью инженерного мышления. Это не ее забота, ее заботит здоровье людей. И там рецептов примерно два.
Первый: личное, человеческое отношение к познанию и к познаваемому. Ни в коем случае не воспринимать познаваемое как ряд цифр, данных, фактов и показателей. Только личная симпатия и вникание в объект познания, личное к нему отношение. Увлеченное, теплое, заинтересованное. Чтобы не казалось, что это "пустые слова", добавлю определенности. Дальше эта программа "личного интереса" подразумевает очень серьезные изменения в научном знании. Личное знание начинается, когда человек лично охватывает предмет, предметную область. Следовательно, чего он охватить не может, то не является предметом такого знания. Далее, современное безличное научное знание пронизано претензиями на универсальность - оно мыслится верным во всей вселенной и верным для всех областей знания. То есть наличные теории - даже если они меняются каждые пять лет - все равно мыслятся как универсальные и всюду применимые. Личное знание устроено принципиально иначе. Исследователь не заботится, верно ли будет понятое им для условий, которые кто-то придумал для Сатурна или Марса, верно ли это в другие времена - и - в пределе - в других местах. Он берет свое личное знание, он увлеченно исследует предмет здесь-и-сейчас, он создает локальные теории, понимая вот именно этот предмет.
Допустим, его локальная теория чего-нибудь кажется противоречащей общей теории данной науки. Он это игнорирует. Усиливаем: она противоречит принятому образу физического знания. Он это игнорирует. Ему нет дела, что это - вроде бы - неверно из общих соображений других наук, неверно с точки зрения физики и т.п. - он занят своим предметом, он считает, что созданные им мысли верно описывают именно этот его предмет - прочее не волнует. Точнее - этим противоречием будет заниматься тот, для кого это будет личным предметом исследования, у кого именно это будет "болеть".
Тем самым происходил бы развал "виртуального фронта науки". Реальный фронт умер в конце ХХ в. - как раз с падением инженерного мышления и заодно СССР. Тогда, в те времена, каждая предметная область имела соответствующую науку для ее изучения и имела ученых, которые ею занимались. Потому и называлось фронт науки - для чего угодно на планете можно было отыскать ученого, который этим или близким занимался. Была общая и единая наука. Сейчас такой фронт исчез, и это никого не волнует: оказалось, можно без него. Плата: растут слепые области, о которых ничего не известно.
Так вот, личная антропофильная наука разрушит виртуальный фронт. Сейчас вся наука делается на единых основаниях, и мыслится так, что не может быть фундаментального противоречия между разными науками. Просто не может, вот и всё. Если есть фундаментальное противоречеие - надо разбираться и унифицировать, приводить к единству, где-то ошибка. Для личной (антропофильной) науки иначе - там частные предметы исследований каждый имеет свою теорию (увы, не одну, а - может быть - по числу увлеченно занимающихся), никакой унифицированной общей теории не только нет, но ее необходимость не осознается. Если можно без реального фронта науки - почему нельзя без виртуального?
Эта наука исходит не из предполагаемых универсальных законов, а из вникания в конкретные явления - с тем, чтобы некоторые закономерности, так полученные, оказались применимы и к другим явлениям. Это совсем иная методология, нежели принятая сейчас - нет, не индукция. Там не выделяются свойства объектов, относительно которых строится индуктивное заключение, а берется именно всё явление, весь его облик, и из внимательного вглядывания в этот облик выявляются закономерности и свойства.
Эта антропофильная наука с точки зрения современной науки будет ненаучной. Там очень плохо с фальсифицируемостью. Объекты выделяются очень субъективно (раз нет претензии на универсальность...), это напоминает произвольный подбор примеров, подтверждающих некое утверждение. - С другой стороны, то, что царит в науке сейчас - крайне сомнительно по стандартам научности XIX века.
Это раз. Мы посмотрели следствия из "личного, заинтересованного, теплого" отношения к предмету антропофильной науки. Второе: согревание души искусством. Не как искусством шедевров, профессиональным занятием художников - нет, просто любительщина, занятие искусством для души. Как уже говорилось, развиваемые сейчас уже совсем не только в науке, требуемые самой обыденной жизнью виды мышления сушат душу, человек становится менее человечным - и так обращается и к друзьям, и к детям, и так обращается ко всей культуре, усугубляя ее мертвенность. Занятия искусством для себя позволяют несколько оживить собственную душу. Опять же, едва высказав этот заголовок (насчет занятий искусством), я перестаю его детализировать и обсуждать, - в некотором смысле понятно, что там дальше говорится.
Тем самым наметки изложения об инженерном мышлении я дал. Это сейчас прошедшая стадия мышления, не самая передовая. Как оно в свое время вытеснило спекулятивное мышление (которое осталось лишь в рудиментах, в отдельных областях знания вроде истории), так и само оно теперь отступает, вытесняемое модельным.
Как я понимаю, вас еще интересовали именно мыслительные ошибки инженерного мышления, с его внутренней точки зрения - как бороться с его ошибками с точки зрения самого инженерного мышления. Об этом масса литературы, поскольку весь ХХ век инженерное мышление считалось ведущим, "все" писали книги о научном исследовании. У меня об этом была много лет назад серия постов, кажется, это называлось "о науке и вере", постов пять, кажется. Но там мое изложение, легко найти другие изложения, книги про "экспериментальный метод", про "научное мышление", где обычно говорится о Поппере, Фейерабенде, Лакатоше и т.п. Некоторое впечатление о том, что само инженерное мышление думало о своих возможностях, как оно пыталось исправлять свои ошибки со своей внутренней точки зрения, - там можно отыскать. Но теперь это уже в прошлом - это примерно как критика софистов или критика схоластики. Не до конца осознано, что прежняя теоретическая деятельность, с многосложными и многоэтажными теория, с понятиями и пр. - уже на исходе. Обходятся без этого. Да, вся прежняя наука выстроена именно так и кажется невозможным без этого обойтись. Но если посмотреть, как выглядит надстраиваемая "новая" наука - видно, что в ней доля теоретического и понятийного, структурно-инженерного - сильно уменьшается.
no subject
Date: 2026-01-19 07:29 pm (UTC)А разбираться в деталях, как и что устроено - это дело ученых. Поэтому "инженерный подход" я бы назвал "научным". Да он вроде и так повсеместно известен как "научный метод". А инженеру нарративного метода в-принципе вполне достаточно для практических целей. И инженеру даже не важно, какая теория более верна, лишь бы работала для того, что фактически разрабатывается.
А "модельный" метод - это на ссмом деле результат редукционизма. В "Теории большого взрыва" есть кусочек, где Шелдон (физик) говорит, что все другие естественные науки сводятся к физике, и из этого чувствует превоходство. (На самом деле даже химия на текущем этапе знания не выводится напрямую из физики, невозможно показать, как химические законы следуют из физических, но исследования в этом направлении идут). Редукционизм - это поиск простых законов местных взаимодействий, из которых будут естественным образом возникать крупные взаимодействия (в реальности, конечно, понять, что именно возникнет и как поменяется от изменений локальных явлений - очень непросто, этот момент редукционисты любят заметать под ковер). Это, опять же, занятие науки. Но тут и инженеры тоже порылись: вспомним, что инженерам теории важны с точки зрения проверки, будет спроектированное работать или нет. И тут численные методы, позволяющие подробно смоделировать проект в деталях и дать ответ, инженерам очеь полезны. А как и что там внутри считается - инженерам не очень важно. Пока не возникнет потребность продиагностировать, почему именно все пошло не так, как должно было следовать из имеющихся в голове принципов, по которым шло проектирование. Но и тут инженеры могут не заморачиваться, а попробовать несколько вариантов, и посмотреть, какой из них лучше.